Книга Хромой Герцог, или Невеста поневоле, страница 85 – Наталья Кошка

— Вы, полагаю, знакомая моей жены? Проходите. Меня зовут Вячеслав Андреевич.

— Спасибо, что приняли нас так срочно, — я шагнула в кабинет. — Это мой… мой муж, Даррен.

Вячеслав пожал Даррену руку. Герцог ответил крепким рукопожатием и сухим кивком.

— Итак, что у вас за проблема?

— Старая травма, — ответила вместо Даррена. — Очень старая. Боли постоянные, подвижность ограничена.

Вячеслав перевел взгляд на мужа.

— Позволите осмотреть?

Даррен чуть помедлил. Потом коротко кивнул, сел на кушетку и закатал штанину.

Мне еще не доводилось видеть его колено вблизи, при свете ламп. Глубокие, застарелые шрамы оплетали коленный сустав, как корни мертвого дерева. Кожа была неровной, бугристой, с фиолетовыми прожилками. Магия, причинившая такую рану, была не просто темной — она была разрушительной. И выедала его изнутри все это время.

Мне было больно смотреть на эти отметины. Каждый рубец — это год боли. Мой сильный, упрямый герцог. Как же ты жил с этим все время? Спасал меня, выходил на дуэль, даже танцевал.

Вячеслав продолжал осматривать колено, осторожно нажимая то тут, то там. Даррен молчал, но по тому как он сжимал край кушетки руками было понятно: эта процедура доставляет ему массу моральных и физических неудобств.

— Попробуйте согнуть ногу, — попросил врач. — Медленно, насколько возможно.

Даррен согнул. Совсем чуть-чуть — и остановился. Его челюсти сжались.

— Понятно, — Вячеслав выпрямился. — Мне нужно сделать снимки. Рентген и МРТ. Без этого я не могу сказать ничего определенного.

Через час снимки лежали на столе, и Вячеслав, хмурясь, разглядывал их, подсвечивая специальной лампой.

— Здесь все серьезно, — произнес наконец. — У вашего мужа остеоартроз четвертой степени, осложненный хроническим воспалением соединительных тканей. Проще говоря, хрящевая ткань практически полностью разрушена. Суставная щель отсутствует, кости трутся друг о друга. Это вызывает постоянную боль и блокирует движение. Воспаление, судя по снимкам, затронуло не только сустав, но и окружающие связки и сухожилия. Если ничего не делать, через несколько лет нога полностью потеряет подвижность.

Ох. Бедный мой Даррен!

— Что можно сделать? — спросила не без дрожи в голосе. На герцога страшно было смотреть. Он буквально посерел лицом.

— Тотальное эндопротезирование коленного сустава. Проще говоря — замена сустава на искусственный. Операция серьезная, но рутинная. Мы делаем такие по несколько раз в неделю. После нее потребуется реабилитация, ношение специального бандажа, курс физиотерапии. Но если все пройдет успешно — ваш муж сможет ходить без трости. Бегать, плавать, танцевать. Да все, что угодно.

Даррен сжал рукоятку трости и медленно встал на ноги.

— Благодарю за консультацию, — произнес он сухо. — Мы должны подумать.

— Даррен…

— Вера, я сказал — подумать.

Я понимала, что ему страшно. И боялся он вовсе не боли, ведь прожил с ней столько времени. Он боялся надеяться, ведь уже смирился с тем, что его хромота — это навсегда. А теперь ему говорили, что все можно исправить. И это было почти невыносимо.

Вячеслав, кажется, тоже это понял. Он отложил снимки и произнес спокойно, почти буднично:

— Я понимаю, решение непростое. Но поверьте моему опыту: эта операция — не чудо. Отработанная техника, проверенная и надежная. Риски есть всегда, но они минимальны. А результат стоит того, чтобы рискнуть.