Книга Хозяин облачного трона 1, страница 71 – Алексис Опсокополос

Монстр замер — похоже, он ощутил во мне равного. А может, и более сильного. Я не дал ему времени это всё осознать: набросился, впился когтями в его грудь и начал рвать. Сначала кожа держалась. Сама ли такая крепкая была, магия ли её так усилила — неизвестно. Но я поднажал, рванул сильнее, и плоть твари, ещё недавно казавшаяся мне каменной, поддалась.

Я разорвал грудь врага, я достал из неё его сердце — огромное, живое, бьющееся, наполненное силой и магией. Как-то даже слишком легко всё получилось. Неожиданно легко. Сердце твари лежало на моей, или не совсем моей, серой, когтистой ладони и пульсировало будто в унисон моему собственному.

Я оттолкнул тушу монстра — она рухнула, сотрясая настил. А я остался стоять, я смотрел на сердце поверженного врага. Оно продолжало биться в моей руке, светилось изнутри ярким алым сиянием, и магия в нём клокотала, звала, манила.

И тут меня затрясло. Началась натуральная ломка: суставы скрутило, во рту пересохло, голову сдавило тисками. И в этой сдавленной голове стучала лишь одна мысль: «Забери. Это твоё. Выпей».

Я невольно сжал сердце и почувствовал, как из него в меня идёт поток — не тепло, не свет, а чистая сила, готовая перелиться в меня. И сразу стало легче, и захотелось выпить эту силу до последней капли. Каждой частицей своей, каждой клеткой я желал забрать магию твари. Казалось, без этого мне просто не выжить. Я должен был это сделать — ноги дрожали, зубы скрипели, руки сводило судорогой от предвкушения: сейчас я сожму сердце ещё крепче, и вся эта сила станет моей.

«Пей! Это твоё! Не отпускай!» — уже не советовал, а практически приказывал внутри меня Хрант Разрушитель.

И вдруг, когда я уже практически полностью сжал сердце твари и ощутил его биение в собственной груди, словно оно заменило моё, на миг во мне вспыхнуло что-то человеческое. И пришло чёткое понимание: если я сейчас сделаю это, меня не станет. Будет только Хрант.

Я заорал — громко и хрипло, как зверь, и в последний момент, диким усилием воли, отбросил сердце прочь. Оно ударилось о настил, покатилось и, подпрыгнув, отлетело в сторону. Я рухнул на платформу, дрожа всем телом, сжимая пустые руки, в которых ещё отдавалось его биение. А внутри выл Разрушитель, да так, что казалось, я оглохну. Но это было уже не страшно, я победил — и тварь из разлома, и Хранта.

Всё тело ломило, ноги подкашивались, в голове стоял тяжёлый гул, и от этого звука мир казался будто приглушённым, ненастоящим. Разум плыл в тумане — ни одной чёткой мысли, будто я смотрел на происходящее со стороны. В груди жгло так, будто туда вбили раскалённый клинок и забыли вынуть.

Я чувствовал, как меня всё ещё распирает изнутри сила — чужая, тяжёлая, дикая. Мышцы оставались вздутыми, кожа на плечах и руках поблёскивала серым отливом, будто под кожей был металл. Когти на пальцах не ушли, лишь чуть уменьшились. Но это было не критично, главное — я снова мог управлять телом. Хоть и через силу, но мог.

С трудом подняв взгляд, я посмотрел на тушу мёртвого чудовища. Массивная, потемневшая, с вывернутыми конечностями, она лежала на дороге как гора. Из рассечённой груди медленно вытекала густая чёрная жидкость, пахнущая гарью. Над местом, где недавно билось сердце чудовища, теперь стоял лишь слабый серый дымок. Сияние его наростов погасло. Магия исчезла — растворилась, вернулась в разлом, откуда и пришла.