Книга Повелитель огня II, страница 11 – Алексис Опсокополос

Как я и предполагал, напиток был хорош: вкусный, да ещё и прохладненький, из погреба. Я сделал глоточек и призадумался. Рисковать здоровьем мальчишки очень не хотелось, но терять два дня — тоже. За это время можно было добраться на гусаке до Грозовца. А за четыре дня — сгонять туда и обратно. Похоже, в сложившейся ситуации вариант у меня оставался один — я взял Будуту за руку и сказал:

— А как ты смотришь на то, что я оставлю у вас брата на четыре дня? Терять два я не могу, мне очень надо в Гардов, но за четыре, я успею дойти до города, сделать то, что мне нужно, и вернуться за Смыком.

— Оставляй, — ответил пасечник. — Мы за ним присмотрим, подлечим.

— Но будет ли он здесь в безопасности?

— А что с ним у нас может случиться? Ты же не в поле его оставишь. Лихие люди здесь не ходят. Здесь вообще мало кто ходит. Не переживай, всё будет хорошо. Вупна будет следить, чтобы ему не стало хуже.

И ведь не врал пасечник, и это подкупало. Безусловно, гарантий, что сюда не нагрянут огневики, не было, но в том, что Будута не собирался делать Добрану ничего плохого, я был уверен. И очень не хотелось терять два дня.

Да и, если уж на то пошло, без Добрана ехать в Грозовец было сподручнее. У нас было всего два гусака. Так-то можно было к Ясне мальчишку подсадить — они оба весили меньше, чем я один, но на скорости ящера это точно бы отразилось. Да и вообще путешествовать с ребёнком и без него — это совершенно разные вещи.

В общем, идея была заманчивая, и тут как раз пришла Вупна, тоже села за стол и спросила:

— Ну что ты решил, Долгой?

Я тут же накрыл её ладонь своей и произнёс:

— Хочу оставить у вас брата на четыре дня, а за это время сходить в Гардов. Твой муж сказал, что это безопасно.

— Совершенно безопасно, — подтвердила Вупна. — Мы за ним присмотрим, и я его полностью вылечу.

И тоже не соврала. Глупо было не воспользоваться ситуаций. Я допил медовуху и сказал:

— Тогда я сейчас быстро переговорю с братом, да поспешу.

— Ты собрался идти в ночь? — удивился Будута. — Может, останешься до утра?

— До ночи есть ещё время, — заметил я. — Если сейчас выйду, как раз засветло до путевого стана ещё успею дойти.

Я дал пасечнику двадцать пять печатей и ещё раз попросил получше заботиться о брате. Затем зашёл к Добрану, отдал ему одежду, объяснил ситуацию, напомнил, что для всех он сейчас — Смык, и пообещал через четыре дня за ним вернуться. После чего пошёл к Ясне.

До захода солнца у нас оставалось больше трёх часов, и всё это время мы гнали гусаков без остановки. Сначала было непривычно и тяжело, но к концу второго часа я приноровился, и стало казаться, что не так уж сильно и трясёт.

На ночёвку решили устраиваться, не дожидаясь полной темноты, чтобы не нервировать наших ящеров. К тому же теперь мы не могли разбивать лагерь где угодно — нужно было найти место возле какого-нибудь ручья, чтобы гусаки могли вдоволь напиться, а это — время. Когда подходящее место отыскалось, солнце уже было за горизонтом.

Но хоть мы и успели устроиться на ночлег, до того как наступила полная темнота, ящерам всё равно пришлось понервничать — они сильно напряглись, когда я подвёл их к костру и привязал к дереву буквально в пяти метрах от огня. Гусаки долго поглядывали на костёр с опаской, вертели головами, словно высматривали, куда бы убежать, несколько раз пытались это сделать, но в итоге смирились, успокоились и легли спать. Мы с Ясной тут же последовали их примеру.