Книга Повелитель огня II, страница 34 – Алексис Опсокополос

А на нас попёрли новые. Ясна выпускала стрелы одну за другой, её лицо было каменным — ни намёка на страх. Железная девчонка. А я немного отошёл от дерева, чтобы принимать удары первым, чтобы ящеры не зацепили Добрана, который закончил привязывать гусаков и теперь спрятался за ними, прижался спиной к дереву, и держал трясущимися руками факел и кинжал.

Мглецы потихоньку адаптировались к ситуации и смирились с тем, что пикировать не получалось: часть из них подлетала к нам на малой высоте, часть вообще двигалась по земле большими прыжками, опираясь на крылья. И все клацали зубастыми челюстями, все рычали.

Очередной мглец бросился на меня слева, вынырнув из-за веток. Я еле успел развернуться и отбить его атаку резким взмахом факела. Пламя задело край крыла — раздался хриплый визг. Он начал отступать, но справа уже атаковал другой. Я ткнул в него мечом, зацепил грудь, но не глубоко. Ящер отшатнулся и попытался улететь, но у него ничего не вышло — стрела попала ему в самую середину брюха. Взлететь он ещё смог, но почти сразу же рухнул на землю.

И это была удача, так как отбивать атаки и наносить ранения мглецам у нас хоть как-то получалось, а вот убивать их — нет. Раненого ящера было просто невозможно добить, когда он понимал, что дело плохо, то просто отскакивал, взмахивал крыльями и улетал. А те, кому я успевал перерубить крылья, убегали. А на их место прилетали новые.

В какой-то момент я понял, что полтора десятка мглецов, которых я изначально увидел в небе, мы уже давно перемололи. Ну или как минимум большую их часть, но почему-то накал не спадал — мглецы лезли и лезли. Хорошо хоть, своими огромными крыльями они мешали друг другу и предпочитали нападать по очереди. Набросься они на нас всей стаей, как, например, гиены или волки, мы бы не отбились. А так пока ещё держались.

А вот гусакам не повезло. Один из них уже лежал на земле с прокушенной шеей, и два мглеца рвали бедного ездового ящера на куски. Второй метался на привязи, как обезумевший, и в итоге смог сломать ветку, к которой был привязан, и умчался в заросли. Вместе с большей частью наших вещей. А прикрывавшийся до этого гусаками Добран теперь оказался как на ладони. Немудрено, что на него тут же бросился один из мглецов. Мальчишка не струсил и ударил ящера факелом. Тот отшатнулся, но не улетел. Бросился снова — махнул крылом и зацепил факел. Мглец запищал от боли, Добран вскрикнул от страха и не удержал в руке факел. Тот упал и погас. Мальчишка прижался спиной к дереву, держа перед собой кинжал.

Мглец шёл на него, клацая зубами и рыча. Я бросился ему наперерез. Успел рубануть по крылу и отсечь его в тот момент, когда зверь уже прыгал на Добрана. Мглец завертелся на месте и не успел отбежать — я тут же добил его ударом в основание шеи.

Добран стоял, прижавшись спиной к дереву, я прикрыл его. В нескольких метрах от нас стояла Ясна, она отбивалась от нападавших на неё ящеров с помощью факела, и у неё здорово получалось. Лук и колчан с двумя последними стрелами лежал на земле.

А на меня тем временем бросились сразу два ящера. Один из них задел меня когтями — по плечу. Разрезал кожу когтями словно тремя лезвиями. Пошла кровь. Но я ответил достойно — рассёк нападавшему глотку. Он даже не закричал — просто захрипел и рухнул. А я тут же ударил второго. Ранил. И к сожалению, несильно — мглец тут же начал отбегать, пытаясь взлететь. Я бросился за ним, чтобы добить. Догнал, добил.