Книга Повелитель огня II, страница 74 – Алексис Опсокополос

Несколько коротких ударов, и куча искр засыпала трут. И тут же от него пошёл тлеющий дымок. Я нагнулся и осторожно подул. Почти сразу же появился первый язычок пламени. Я дал огню немного разгореться и поднёс к нему промасленную тряпку. Пламя тут же за эту тряпку ухватилось, перешло на неё и стало разгораться.

— Вот так я добываю огонь, — произнёс я, положив горящую тряпку на каменный пол. — Когда нужно развести костёр, заранее собираю мелкие веточки, траву, кору, щепы, чтобы на них пламя перекинуть. Ну а дальше уже ветки, дрова. Но ты этот принцип и без меня знать должен, раз вы пользуетесь обычным огнём.

— Знаю, — ответил горан, вставая с кресла.

Он подошёл ко мне, тоже присел на корточки и протянул ко мне руки. Я молча отдал ему кусок кварцита и нож. Горек постучал ножом по камню, высек кучу искр, усмехнулся и сказал:

— Гораны раньше, очень-очень давно, тоже так огонь добывали. Или примерно так. Но это тяжело и долго. Хотя идея со специальными тряпочками мне понравилась. Надо будет запомнить.

— А как вы сейчас огонь разводите?

— Огнявками. Это самый лёгкий способ.

— Чем?

— Не чем, а кем! — поправил меня горан, усмехнувшись, и вышел в небольшую едва заметную дверь, что вела в какое-то смежное помещение.

Вернулся он почти сразу же и нёс в руках нечто среднее между аквариумом и клеткой — коробку из металлических прутьев со стеклянными стенами и деревянным полом. И судя по тому, что внутри сидела ящерица, это был такой своеобразный террариум.

Ящерка была странной — я таких раньше не видел. Строение тела у неё было самое обычное, размеры тоже не впечатляли — в длину около пятнадцати сантиметров, половина из которых — хвост. Но вот цвет меня поразил: ярко-оранжевый, ровный, без каких-либо оттенков и пятен. Лишь зелёные глазки-бусинки да чёрные коготки выделялись на этом ровном оранжевом фоне. И обруч из какого-то синеватого металла, покрытый непонятными знаками и закрывающий рептилии почти всю шею.

— Огнявка! — представил мне Горек ящерку, да так официально, что я уже ожидал и ответного представления меня зверюшке, но обошлось.

Королевич осторожно достал ящерку из террариума, нежно погладил её по голове и обратился ко мне:

— Достань свою тряпочку, положи на пол.

Я выполнил просьбу горана, и он тут же поднёс свою ящерку к тряпке. Так, что мордочка рептилии находилась буквально в пяти сантиметрах от неё. А затем королевич надавил ящерице на шею, туда, где заканчивался обруч. Бедная зверушка тут же громко и пронзительно запищала, а из её пасти вылетел поток огня — самого настоящего огня, который я называю обычным, гораны — живым, а все остальные жители Девятикняжья — диким.

Такого я не ожидал. Увиденное пламя и услышанный писк ящерицы в комплексе аж заставили меня вздрогнуть. И видимо, температура у выпущенного огнявкой пламени была очень высокой, потому как моя тряпочка вспыхнула мгновенно и сразу вся. Действительно, неплохой способ — живая зажигалка.

— Это называется «последний крик», — пояснил Горец. — В обычной жизни, когда огнявка понимает, что ей не убежать от врага и не победить его, она все свои силы тратит на крик, который часто оглушает врага. Пока тот приходит в себя, огнявка убегает. Пустые огнявки до сих пор так и делают.

— Пустые?

— Не каждая огнявка может огонь извергнуть. Только особенные, те, что живут в местах силы, там, где чары настолько сильны, что часть их переходит в огнявку. Другие звери в такие места даже не заходят, а огнявкам там хорошо.