Книга В ярости, страница 123 – Алексис Опсокополос

— В общем, так, – мрачно сказал Соломоныч. – Сейчас выходим всей толпой, поднимаем белый флаг и складываем оружие. Это спасёт нам жизни. Система, скорее всего, примет сдачу форта, выпишет им победу и раздаст бонусы. После чего с нами явно решат поговорить, вот тогда Максим и вызовет на дуэль их главаря. Шансов немного, но в любом случае большинство из вас останутся в живых. Попытка прорваться – стопроцентная гибель для всех. Если с дуэлью не получится, то меня, как и Максима, скорее всего, убьют. Прошу не поминать недобрым словом и прошу прощения, что втянул вас в эту авантюру, господа!

Все молчали. Железняк вышел на балкон передней стороны и крикнул оттуда:

— Если хотим сдаваться, то надо спешить, они тут выстроились и оружие вовсю раздают!

— А я не буду сдаваться! – неожиданно заорал Колян и завёл мотор бензопилы. – Я лучше сдохну в драке, чем меня потом эти уроды пристрелят или повесят!

Сдаваться действительно не хотелось, но ещё больше не хотелось, чтобы из-за меня погибли все эти люди.

— Заглуши пилу! – рявкнул я на друга.

— Нет! – показалось, что глаза Коляна натурально налились кровью.

— Идиот! Ты всех подставишь!

— Нет!

Колян насупился и мрачно оглядел всех присутствующих. В этот момент опять прибежал паренёк с заднего балкона.

— Они атакуют! – крикнул он, и мы все опять помчались на его пост.

Действительно, пока перед главными воротами враг выставлял бойцов и раздавал им оружие, те его отряды, что подходили с тыла, похоже, решили вступить в бой сразу. Они ускорились, размахивая факелами и оружием, перешли на бег, и до нас уже доносились их радостные боевые крики. Каких-то сто метров отделяло их от разрушенного забора особняка.

— Не паниковать! – неожиданно громко крикнул Соломоныч. – Выйти и сдаться главарям уже не успеем! Но главное – не паниковать! В бой не вступать! Держим третий этаж! Не спускаемся! Держим лестницу, пытаемся им объяснить, что сдаёмся и требуем, чтобы привели главных! Лишь перед теми сложим оружие!

«Да уж, как-то всё складывается через одно место, – подумал я, с тоской глядя на бегущую в сторону особняка и размахивающую оружием и факелами, толпу. – Даже сдаться уже нормально не получается».

Я понимал, в сложившейся ситуации важно было в первую очередь сконцентрироваться и не паниковать. Все ненужные мысли стоило отгонять и действовать исключительно по обстоятельствам: будут убивать – попытаться продать жизнь как можно дороже, примут сдачу – попробовать вызвать их главаря на дуэль. Главное – не паниковать! Прав был старый коммерс, как всегда прав!

Но легко было сказать: «Не паниковать», а вот осуществить это на деле оказалось намного труднее. Страха уже давно не было, но сердце всё равно стучало как перфоратор. Я облизывал солёную от крови, прокусанную нижнюю губу и изо всех сил сжимал в руке биту.

— Не паниковать, – повторял я шёпотом два слова, будто мантру.

Отвлёк меня от этого истошный крик с балкона.

— Смотрите!

Наш паренёк дозорный забежал в комнату. Вид у него был, словно он узрел среди атакующих Чужого и Хищника одновременно.

Мы опять выскочили на балкон и увидели действительно любопытную картину: та узкая часть кольца окружения, что приходилась на заднюю сторону особняка значительно поредела, неприятель спешно разбегался при виде несущейся на него той самой толпы из примерно двухсот человек. А бегущие приблизились уже достаточно близко, можно было слышать их крики, а в свете факелов даже различать лица.