Книга В огне 2, страница 8 – Алексис Опсокополос

«Дуракам везёт», — подумал я, радуясь за друга.

Шансов, что всё пройдёт так, как прошло, было немного. Вряд ли коммерсы вырыли внутри ров по всему периметру забора, но во дворе мог оказаться бассейн, хозпостройки и любые другие преграды. В конце концов машина могла развалиться или заглохнуть после первого тарана.

Впрочем, я знал, что Колян был не дурак и, отправляясь выполнять этот трюк, ставил перед собой задачу минимум — пробить дыру в заборе. А то, что повезло промчаться по всей территории двора и, пробив противоположный забор, успешно скрыться, то был жизненный бонус за храбрость.

Увидев, как Колян протаранил забор, Ринат бросился к ГАЗели с бензином, завёл её и, сделав небольшой круг по району, на полной скорости влетел в дыру в заборе, пробитую рефрижератором. Учитывая, что Митсубиши был массивнее ГАЗели, да к тому же забор разлетелся на части, как конструктор Лего, проём был достаточным, чтобы Ринат без особых проблем въехал в него, почти не снижая скорости. Буквально через секунду, как он это сделал, раздался громкий звук удара металла о бетон и звон разбитого стекла.

Понимая, что через проём в боковой стене забора, направить автомобиль в дом невозможно, Ринат решил сыграть роль камикадзе и управлять машиной до самого столкновения. Правда, я очень надеялся, что в отличие от японских смертников, направлявших во время Второй мировой войны свои самолёты во вражеские цели, у Рината шанс спастись оставался большим.

К моему огромному сожалению мы не могли ждать, пока наш товарищ выберется наружу. Надо было пользоваться возникшей среди коммерсов паникой и наносить следующий улар. А в том, что паника возникла, я не сомневался — шансы дождаться подмоги орков с пробитым в трёх местах забором уменьшились значительно. А тут ещё и гружённая бензином ГАЗель врезалась в дом. Хоть я не был в этом уверен на все сто процентов, но очень надеялся, что Ринат смог выполнить задачу.

Понимая, что могу этим делом подписать приговор своему товарищу, возможно, раненому и находящемуся в облитой бензином машине, я всё же нашёл в себе силы отдать приказ лучникам о запуске горящих стрел в особняк.

Было очень тяжело, но я не сомневался: Ринат поступил бы на моём месте так же. И идя на этот шаг, он знал, чем всё закончится. Но он это сделал, и мы не могли его подвести. Мы не могли сделать так, чтобы его жертва оказалась напрасной. Это понимали и наши лучники, которые, сжимая зубы, не позволяя чувствам взять верх, выпустили несколько десятков стрел в то место, где по нашим расчётам ГАЗель должна была врезаться в особняк.

Эти расчёты оказались верны. Почти сразу же после запуска стрел, в небо устремился лёгкий дымок, а с территории штаба коммерсов донеслись многочисленные крики.

К этому времени подошёл Колян со своим боевым топором в одной руке и щитом в другой. Он размахивал оружием, показывая, как ему не терпится принять участие в побоище. Остальные наши бойцы тоже были готовы вступить в бой и лишь ждали приказа. На голове моего друга красовался мотоциклетный шлем, и я сразу понял, что это не только для защиты от стрел и болтов. Под шлемом явно была фольга, полуорк очень боялся когда-нибудь сорваться с катушек без возможности возвращения к прежнему состоянию.

Заметив Коляна, Катя побежала к нему. Она сразу же стала ему что-то говорить, а мой друг лишь молча кивал в ответ. Через минуту Колян подошёл к нашим воинам, поднял топор и закричал: