Книга Мангуст, страница 117 – Алексис Опсокополос

ВРЕМЯ КВЕСТА: НЕ ОГРАНИЧЕНО (ДО ПОЛНОЙ ПОБЕДЫ ОДНОЙ ИЗ СТОРОН)

ОГРАНИЧЕНИЯ: БЕЗ ОГРАНИЧЕНИЙ

ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ: СОГЛАСНО ВКЛАДУ В ПОБЕДУ

Маркиз Мангуст достал из мешка свой уникальный эльфийский клинок, попросил супругу поберечься и побежал во двор.

Выскочив на улицу, Михаил оказался совсем рядом с одним из порталов. Бобби тут же засиял, и его рукоять нагрелась. Учитывая, что без дракона рассчитывать на победу и пытаться предпринять что-либо хитрое и оригинальное, было глупо, а просто ожидать прилёта суперпомощника — трусливо, командующий королевским войском, не раздумывая, бросился в бой. Тем более точка возрождения находилась рядом.

Первых двух магов удалось отправить на респаун с одного удара — они были заняты вратами портала и толком не могли оказать сопротивление. Третьим противником оказался довольно прокачанный рыцарь. С ним пришлось повозиться, но в итоге и он упал на землю и превратился в облачко, развеянное ветром.

Мангуст был невероятно зол, а Бобби голоден. В сочетании это давало неплохой результат — доспехи врагов вскрывались как жестяные консервные банки, а их головы и конечности разлетались во все стороны. Ещё Михаил заметил, как в другом конце двора Ричард и два десятка его преданных гвардейцев почти захлопнули один из порталов, уничтожив держащих врата магов. Но к магам уже спешило подкрепление в виде отряда рыцарей, поэтому, несмотря на то, что король дрался отчаянно и умело, уход его в «небытие» был делом времени.

А ещё Мангуст увидел, как его дражайшая супруга, которой он велел поберечься, побежала прямо на толпу вражеских рыцарей, размахивая подобранным на земле чьим-то топором. Михаил сначала интуитивно бросился ей на помощь, но тут же остановился. До него дошло, какую ошибку он совершил, велев Изабелле беречь себя — пока с принцессой ничего не случится, и она не отправится на рсепаун, дракон не узнает о нападении.

Но умница жена исправила его ошибку — она выбежала на улицу и набросилась на вражеских рыцарей. Те не стали церемониться с августейшей особой и без промедления отправили её на респаун на глазах у мужа и тем самым приблизили возможный прилёт дракона. Это добавило Михаилу уверенности, и он с ещё большим азартом принялся рубить врага направо и налево.

У Мангуста настолько хорошо получалось орудовать эльфийским клинком, что он даже поймал небольшое чувство эйфории от этого процесса. Но возникшее чувство довольно быстро разбил на мелкие осколки десяток арбалетных болтов, прилетевших откуда-то со спины. Видимо, болты ещё были усилены специальным заклятием, так как первая партия без проблем разнесла на кусочки все доспехи Мангуста, а вторая превратила его самого в решето.

В подвале среди дубовых бочек, за закрытыми массивными и тоже дубовыми дверями было тихо и спокойно. Шестеро гвардейцев, как им было велено, охраняли точку респауна и не покидали свой пост, несмотря ни на что. Мангуст соскочил с кушетки, проверил, полностью ли восстановились вместе с ним доспехи, лишний раз напомнил воинам, чтобы оставались в подвале, и побежал на улицу.

Менять тактику Михаил не собирался. Как-то организовывать оборону или пытаться командовать каким-нибудь отдельным отрядом, не было ни смысла, ни возможности. Командующего просто никто бы не послушал — прописанный на программном уровне инстинкт, заставлял неписей защищать свой замок и не отвлекаться ни на что.