Книга Мангуст, страница 27 – Алексис Опсокополос

Как только руководитель отряда пришёл в себя, он грязно выругался, бросился проверять статы Изабеллы и тут же в сердцах воскликнул:

— Твою ж мать! Тридцать семь процентов!

— Да уж, крепко дракон психанул, — сказал Вастан. — Хорошо, что совсем не вынес вас.

— Да почти вынес. На восемь процентов больше бы ей снёс, и всё. Она и так медленно восстанавливается, а когда у неё меньше тридцати процентов, то этот процесс вообще останавливается. Только лечить, а у нас не получается лечить непись. В прошлый раз мы прощёлкали клювом, и она у нас сдохла. Теперь надо совсем осторожно всё делать.

— И быстро, — мрачно сказал Инемас. — У неё только что ещё один процент слетел. Возможно, дракон какое-то заклятие сдуру наложил.

— Странно, — удивился организатор рейда. — Я никаких дебафов не ощущаю. Вполне возможно, эта хитрая тварь сама себя выпилить пытается. Поэтому торопиться, действительно, надо.

Изабелла сидела на полу и смотрела затравленным взглядом на своего мучителя. Астигар подошёл к принцессе, замахнулся на неё и злобно пробурчал:

— И ведь не ударишь теперь.

— Я могу её подлечить, — неожиданно сказал Мангуст, чем обратил на себя внимание всех товарищей по рейду.

— Каким образом? — поинтересовался Инемас и усмехнулся.

— Простым, — ответил Михаил. — У меня игровая профессия — врачеватель.

— Ты совсем тупой? — хилер не скрывал своего высокомерного отношения к шестиуровневому игроку. — Это непись! Она не реагирует на лечение игроками!

— Тупой ты, если не знаешь всех нюансов игры, — спокойно ответил Мангуст. — У меня высокий уровень эмпатии и очень хорошо прокаченное врачевание. Это открывает особые возможности. Я думаю, что смогу наладить с ней контакт и немного подлечить.

— Ты лучше свали и не трать наше время, — со злостью сказал Инемас. — Она ещё процент потеряла, пока ты нас отвлекал тупыми разговорами.

Мангуст ничего на это не ответил, он не торопясь достал меч.

— Ты что задумал? — прикрикнул на Михаила Астигар.

— Смотрите! — громко сказал Мангуст товарищам по рейду, затем поднёс клинок к лицу и вполголоса обратился уже к мечу: — Бобби, ты готов к новым жертвоприношениям?

Клинок засверкал в полумраке пещеры и начал переливаться синим.

— Скоро придёт твоё время, подожди немного, — сказал Михаил и убрал меч в ножны, после чего обратился к Астигару: — Я могу общаться даже с оружием! А уж с неписью, вообще, не проблема. Но если хочешь, чтобы она таким темпом уже примерно через час склеила ласты, то продолжай мне не верить.

— Да пусть попробует, мало ли, вдруг получится, — неожиданно сказал Ульмус. — Трюк с мечом, конечно, попсовый, но ничего ведь не теряем, кроме ещё двух-трёх минут. А эмпатия у него действительно прокачана неплохо. Как минимум защиту от внешнего влияния он себе такую поставил, что я пробиться не смог.

— А зачем пробивался? — спросил Мангуст. — Хотел ввести меня в уныние?

— Подтолкнуть к суициду.

— Извини, ничего не выйдет. На мне постоянный баф жизнелюбия.

— Давай быстро! — сказал Астигар, прервав своеобразный обмен любезностями между Мангустом и Ульмусом. — Две минуты у тебя!

Михаил подошёл к принцессе, присел возле неё на одно колено и сказал:

— Ваше Высочество! Разрешите вам помочь?

Принцесса испуганно посмотрела на Мангуста, но ничего не ответила.