Книга Лицензия на убийство. Том 1, страница 73 – Алексис Опсокополос

И что самое важное, даже те планеты, которые не признавали рабства, и те, на которых оно было официально объявлено вне закона, признавали решения суда в имущественной части. Прилети комедианты на такую планету, их самих хозяину бы не выдали, а вот корабль конфисковали бы и передали кальмару. И не важно, что Жаб летал по доверенности от Армии Альянса.

Но Шорк был планетой нейтральной. Он не входил ни в Пятую Конфедерацию, ни в Альянс Независимых Планет, и потому на Шорке действовали только законы Шорка. И один из них гласил: «Гражданин любой планеты, а также любое лицо без гражданства, имеющее банковский вклад на Шорке, во время его пребывания на Шорке находится под защитой Шорка. Такое лицо ни при каких условиях не может быть выдано никакому государству, организации или частному лицу».

Лёха с Жабом вклады на Шорке имели. И именно эти вклады позволяли им надеяться на осуществление их планов. Первый их пункт был таким: долететь до окрестностей Олоса, сбросить капсулу с кальмаром, потом отправиться на Шорк, снять там часть сбережений на предстоящие расходы, немного отдохнуть и придумать следующие пункты плана.

И эта первая часть хоть и состояла из нескольких этапов, но казалась вполне осуществимой. И Жаб её уже вовсю осуществлял — корректировал курс корабля и готовил его к гиперпрыжку.

Ковалёв, наблюдая за работой друга, сглотнул слюну и робко спросил:

— А может, всё-таки сначала пожрём, а потом прыгнем?

— Нет, — отрезал Жаб. — Сначала прыгнем, затем скинем капсулу с кальмаром, а потом поедим. У меня нет аппетита, пока он на борту.

— Но у меня-то есть! — возмутился Лёха. — Я не могу, как ты — полдня ждать, пока мы их скинем!

— Перекуси галетой!

Ответил амфибос и полностью сконцентрировался на управлении кораблём. Ковалёв галету есть не хотел — он вздохнул, уселся в кресло и завёл разговор на другую тему:

— Знаешь, Жаб, когда нам присудили всю жизнь работать на кальмара, я первым делом представил, как у Ваньки на выпускном моя бывшая, заметив, что меня нет, скажет свою фирменную фразу: «Ковалёв не меняется!»

— Я думаю, как-то удалось бы заранее сообщить ей причину отсутствия, — заметил Жаб. — Через Айрис, например. Но, конечно, намного лучше приехать, чем сказать сыну, что отец попал в рабство.

— Жаб, ты не знаешь мою бывшую! Для неё попадание в рабство — не отмазка. Да даже если бы меня там, в тюрьме, цванки сожрали, это не явилось бы уважительной причиной отсутствия. Для неё это мелочи.

На самом деле Лёхе было всё равно, что сказала бы его бывшая жена, но он очень не хотел расстраивать сына. И вот теперь, когда шанс попасть на выпускной к Ивану стал достаточно большим, бывший штурмовик Ковалёв почувствовал себя почти счастливым. Тем более, это была ещё и возможность увидеть дочь.

До орбиты Олоса комедианты долетели без приключений. Там быстро отстыковали капсулу с кальмаром и его свитой, предварительно включив на ней сигнал SOS, а после этого, к великой радости Лёхи, они наконец-то устроили небольшую походную пирушку, по окончании которой Жаб направил «Жука» в сторону Шорка.

Шорк был населён людьми процентов на восемьдесят, и они занимали практически все государственные должности и трудились в банках. Процентов пятнадцать населения составляли другие расы, чьи представители прибыли на Шорк в поисках лучшей доли и стабильного заработка.