Книга Лицензия на убийство. Том 2, страница 104 – Алексис Опсокополос

— Рожу нельзя, — сказал Жаб. — Мы его на видео сейчас будем снимать.

— Ну что ты будешь делать! — с неподдельным расстройством воскликнул комедиант. Такая мелочь и здесь облом! Этот мир решительно настроен против меня.

Ковалёв подошёл к пленнику, посмотрел ему в глаза и сказал:

— Опять из-за тебя приходится расстраиваться. Как я уже сказал, с того самого дня, когда я про тебя узнал, меня не отпускает жгучее желание начистить тебе рожу. Сегодня на шоу оно достигло апогея. Там я понял, что выражение «чешутся кулаки» придумали не просто так. У меня они действительно чешутся. А друг мой говорит, что морду твою трогать нельзя. И что мне теперь прикажешь делать?

Лёха резко ударил ладонями по ушам Бронкхорста. Пленник вскрикнул и схватился за уши, а бывший штурмовик тут же со всей силы врезал ему кулаком в живот. Бронкхорст взвыл и упал на колени, схватившись уже за живот.

— Клоуна обидеть может каждый, но не каждый выдерживает ответный удар, — глубокомысленно произнёс Ковалёв, наклонился и аккуратно ударил пленника кулаком в челюсть. Бронкхорст опрокинулся на спину и продолжил стонать.

— Я несильно по морде ударил, — пояснил комедиант товарищу. — Просто чтобы считать мечту сбывшейся. Даже синяка не будет.

— Легче стало? — спросил Жаб.

— Вроде да.

— Ну тогда пойдём в дом.

Амфибос подошёл к Бронкхорсту, схватил его за шиворот и потащил к входу, не дав бедняге даже встать. Ноги пленника волочились по земле, он громко охал и стонал. Лёха отправился за ними.

Войдя в дом, Жаб дотащил Бронкхорста до гостиной и бросил его на диван. На шум тут же прибежали Носок и Нуллу.

— Встречайте гостя дорогого! — сказал Ковалёв, не в силах сдержать улыбку. — Несите шампанское!

— Воды дайте, — просипел Бронкхорст, он устроился на диване, продолжая держаться одной рукой за живот.

Носок вопросительно посмотрел на Лёху.

— Дай ему воды, — сказал комедиант. — Гостеприимство превыше всего!

Адвокат сбегал к кухонному блоку, принёс оттуда кружку воды и подал пленнику. Тот взял воду и сделал несколько глотков. После чего вернул кружку и сказал:

— Отпустите меня. Я дам вам денег. Очень много денег.

— Денег? — переспросил Ковалёв. — А чем они нам помогут? Друг мой — будущий король Далувора. Уж у него недостатка в деньгах скоро точно не будет. А я и без них проживу — не привыкать. Незапятнанная репутация намного дороже, и обелить её не смогут никакие деньги. Нас спасёт лишь твоё признание во всех мерзопакостных делишках, что ты провернул. Без этого ни один суд не снимет с нас обвинения, которые на нас повесили благодаря тебе. Обвинения в убийствах, которых мы не совершали. Потому деньги оставь себе. Нам хватит лишь признания перед камерой.

— Я смогу всё решить. С вас снимут обвинения.

— Нет, дружок. Во-первых, мы тебе не верим. А во-вторых, мы просто хотим, чтобы тебя посадили в тюрьму. Хотя тебе, как лицу, связанному со спецслужбами Тропоса, светит исключительная мера наказания. Что меня не может не радовать. Поэтому, если ты думаешь, что у тебя есть хоть какой-то шанс избежать наказания — забудь! У тебя есть лишь выбор: рассказать это всё добровольно или под пытками. И поверь, будущий король Далувора пытать умеет.

— Признание, добытое под пытками, не примет ни один суд.

— Тебя будет судить особый трибунал, они примут.