Книга Выбор, страница 135 – Алексис Опсокополос

— Вот просто так берёте и отпускаете? — спросил Егор.

— Нет, не просто так, — включился в разговор Глебов. — У нас есть одно условие.

— Ну вот с этого и надо было начинать, — пробурчал пленник.

— Ты не раскисай, условие пустяковое, — сказал Родион Степанович. — Я дам тебе телефон, а ты пообещай, что не выбросишь его в течение часа после того, как тебя отпустят.

Сказав это, Глебов достал коробку с новым телефоном, положил её на стол и толкнул в сторону пленника.

— Будете через него за мной следить? — спросил Егор.

Глава администрации кесаря рассмеялся и сказал:

— К чему такие сложности? Хочу напомнить, молодой человек, что ты в течение нескольких часов был в наших руках без сознания. Как минимум мы могли засунуть тебе жучка в задницу, а как максимум наложить магическую метку.

Егор насупился, а Глебов снова рассмеялся. После чего сказал:

— Телефон — это просто телефон. Для того чтобы ты мог мне позвонить.

— Зачем? — поинтересовался пленник.

— Я уверен на девяносто девять процентов, когда ты выйдешь отсюда и в спокойной обстановке обдумаешь наше предложение о сотрудничестве, то найдёшь его невероятно привлекательным.

— И что в нём такого привлекательного?

— Защита от твоих бывших работодателей, — сказал Милютин. — Сохранение жизни. По-твоему, это непривлекательно?

— А где гарантии, что вы меня не обманете?

— Гарантийное письмо на фирменном бланке КФБ с моей личной подписью устроит?

— Ну вот, я так и думал, — вздохнул Егор.

— Вот как раз таки чтобы ты так не думал, мы тебя отпускаем, — опять подключился к разговору Глебов. — Тебя оставят в центре города, и ты сможешь идти, куда захочешь. Хоть на вокзал беги, да в Москву поезжай. Делай что хочешь. Только не выбрасывай телефон в течение часа. Это единственное условие твоего освобождения!

— И обязательно в течение этого времени серьёзно подумай над нашим предложением! — добавил Милютин. — Ну и не вздумай звонить и рассказывать своим работодателям, где ты был.

— Ну об этом могли бы и не говорить, — Егор усмехнулся. — Я всё же не совсем тупой, понимаю, что меня сразу же грохнут.

— Хорошо, что понимаешь, — сказал Глебов. — Тогда бери телефон и свободен! Там в коробке есть ещё немного денег. Посиди в кафе, перекуси, выпей кружечку пива или чашечку кофе, перезагрузи голову. Взвесь всё на свободе, а не у нас в подвале. Мы очень хотим, чтобы ты с нами сотрудничал. И мы можем за это многое тебе дать. Мы хорошие покровители. Наказывать тебя смысла уже нет. А вот помочь нам ты можешь.

— А если я откажусь?

— Это ты сейчас думаешь, что точно откажешься. Потому мы тебя и отпускаем. Это наш жест доброй воли. Мой опыт показывает, что человеку нужен час, чтобы решиться. Я почти уверен, через час после того, как тебя отпустят, ты нам позвонишь. Только не вздумай выбросить телефон.

— А если я всё же его выброшу? — спросил Егор. — Не сразу, конечно, а потом через час? Если я не захочу с вами сотрудничать? Что тогда?

— Тогда мы признаем, что ошиблись в тебе. Но давай не будем загадывать.

Глебов нажал на кнопку, раздался звонок, и в комнату быстро вошёл охранник.

— Передай бывшего задержанного Соломину! — сказал вошедшему глава столичного КФБ, сделав акцент на слове «бывшего». — Он знает, что с ним делать. Наручники не надевай.