Книга Вызов, страница 142 – Алексис Опсокополос

Ресторанчик оказался небольшим и уютным. Народу в нём практически не было — помимо Нидербергера, я заметил лишь троих посетителей: пожилого мужчину, заканчивающего трапезу, и молодую парочку, ожидающую заказ. Руководитель центра поприветствовал меня, поздравил с выходом в финал и пригласил разделить с ним ужин. Я поблагодарил и присел за стол.

— Ты произвёл на этом турнире фурор, Гроховски, — сказал майор усмехнувшись. — Только о тебе все и говорят. Уже после одной восьмой всем стало ясно, что финальный поединок между тобой и Нойнером станет украшением этого турнира. Некоторые даже делают ставки, хоть это и запрещено.

— Мне очень приятно осознавать, господин майор, что пока всё идёт по плану, и я рад, что жеребьёвка оказалась такой удачной, и с курсантом Нойнером мне предстоит встретиться именно в финале.

— Сложилась, да, — произнёс Нидербергер и улыбнулся во весь рот. — Вот об этом я и хочу с тобой поговорить.

Руководитель центра «Ост» взял со стола бокал с красным вином, сделал два больших глотка и сказал:

— Вас с Нойнером не просто так свели в финале…

— Свели? — не удержался я и перебил майора.

Нидербергер простил мне эту бестактность и спокойно объяснил:

— Тобой заинтересовались, Гроховски. Ты показываешь просто невероятный уровень для курсанта нашего центра. После соревнований ты поедешь в Краков, там тебя обследуют, и, возможно, направят для продолжения обучения в одну из элитных академий в Германии. Завтра смотреть на финальный поединок приедет сам барон фон Лангерман. Это большая честь, Гроховски. Понимаешь?

— Да, господин майор, — быстро ответил я. — Понимаю и ценю. Но вот про то, что нас в финале свели, не совсем понял. Неужели жеребьёвка была ненастоящей? Признаюсь, я удивлён.

— Тебе ещё не раз предстоит удивиться, — вздохнув произнёс Нидербергер. — Собственно поэтому я и решил с тобой поговорить. Ты смелый парень, и я вижу, как ты хочешь победить на турнире, но, к сожалению, ничего не выйдет.

— Я Вас не понимаю, господин майор! Вы же сами хотели, чтобы я привёз кубок в центр «Ост».

— Что касается меня, я и сейчас хочу, но после четвертьфиналов доктора Фойгтманна срочно вызвали в министерство, якобы по какому-то важному делу.

— Простите, но я не знаю, кто это.

— Это один из тех трёх одарённых, что проверяют бойцов перед каждым поединком на предмет, не наложены ли на вас какие-либо внешние заклятия, что могут помочь в бою. Он единственный, в чьей честности и принципиальности я не сомневаюсь. Двое других — люди Келлера.

— Простите, господин майор, но…

Договорить мне Нидербергер не дал, он снова усмехнулся и сказал:

— Генрих Келлер — мой заклятый друг. Он руководит центром «Зюд» и сделает всё, чтобы его курсант не проиграл в финале. Раньше я допускал возможность честного поединка, но после отъезда доктора Фойгтманна всё изменилось. Я более чем уверен: замену Фойгманну выбирает лично Келлер.

— Вы полагаете, мой противник выйдет на поединок под действием внешних заклятий, и это намеренно не заметят на осмотре?

— Я не полагаю, я знаю, что так и будет. Нойнеру как минимум поставят хорошую защиту, а то и наложат заклятие, увеличивающее его силу. Поэтому твоя задача теперь просто выступить достойно — продержаться как можно дольше и проиграть, сохранив лицо.