Книга Долг, страница 127 – Алексис Опсокополос

Тем временем на экране снова появилась ведущая и заявила:

— Министерство внутренних дел Тюркского каганата объявило предполагаемого убийцу кагана Абылая и его сына Алихана в международный розыск.

Картинка снова сменилась: ведущая исчезла, а на весь экран вывели… мою фотографию.

У меня в прямом смысле этого слова отпала челюсть. Да что там я, даже бабушка, как мне показалось, присвистнула, глядя на экран. Это был настоящий сюрприз. Возмутившие меня обвинения в адрес Романова оказались цветочками. А вот теперь мне выдали ягодку. Одну, но большую.

Я смотрел на свою фотографию и просто не знал, как на это реагировать. А ведущая продолжала озвучивать телезрителям официальную версию Туркестана по поводу произошедших ночью событий:

— Роман Седов-Белозерский, прибывший вместе с кесарем Романовым на юбилей к кагану Абылаю и обвиняемый непосредственно в убийстве кагана и его несовершеннолетнего наследника, является сыном Николая Седова-Белозерского, бывшего главы независимого Санкт-Петербурга, убитого недавно спецслужбами России. Восемнадцатилетний юноша, обладающий уникальным сильным даром, был отлучён от семьи из-за действующей в России варварской традиции выбраковки и получил покровительство Романова. Российский кесарь уже несколько раз использовал Седова-Белозерского для проведения различных карательных операций.

Бабушка выключила телевизор и посмотрела на меня. Я, в свою очередь, не то чтобы растерялся, но что в этой ситуации говорить, не знал. Княгиня Белозерская нахмурилась, на какое-то время призадумалась, затем покачала головой и сказала:

— Как по мне, пусть они там все друг друга хоть полностью перебьют, но вот тебя они зря в это дело решили втянуть. Я, конечно, понимаю, зачем они это сделали, но сделали они это зря.

Бабушка встала с кресла, прошлась по кабинету, ещё раз покачала головой и негромко произнесла:

— Ох, Гарри, что ж тебе не жилось-то спокойно.

Что значила, эта фраза и кто такой Гарри, я не понял. Но спрашивать не рискнул.

*****

Королева Виктория Вторая принимала герцога Эджертона в своём кабинете, в неформальной обстановке.

— Я так понимаю, милорд, у Вас опять что-то пошло не так? — спросила королева, посмотрев на премьер-министра с нескрываемым осуждением.

— Пошло немного не так, — согласился Эджертон. — Но я доволен. Мне кажется, так даже лучше.

— Лучше? — удивилась Виктория Вторая. — Мне кажется, лучше было бы, если бы Романов погиб, и Россия оказалась обезглавленной.

— Я Вас уверяю, Ваше Величество, Романову нашли бы замену. И возможно, довольно быстро. А вот то, что он остался жив, открыло нам новые перспективы.

— Но это не отменяет того факта, что операцию Вы частично провалили. Как получилось, что Романов спасся? Его кто-то предупредил?

— Невероятное стечение обстоятельств. У Романова в юрте на момент покушения находился мальчишка Седов-Белозерский, и они каким-то чудом смогли отбиться. Как такое произошло — не понимаю, план был идеальным.

— Значит, не идеальным, раз Романов жив, — заметила королева.

— Главное, Ваше Величество, что мы добились основной поставленной цели, — сказал Эджертон. — Туркестан и Новгород больше не союзники. Более того, народ каганата теперь ненавидит русских. Как я уже сказал, из-за того, что Романов выжил и мы обвинили его в убийстве Абылая, получилось даже лучше, чем я ожидал.