Книга Шапка Мономаха, страница 117 – Алексис Опсокополос

Дверь не подвела, а вот дверной проём оказался не готов к столько яростному напору — после очередного удара закрытая дверь вместе с коробкой и куском стены влетела в номер. При этом сама дверь была целая и невредимая, на ней ни царапинки не было.

Глядя на это, я схватил свою девушку за руку и крикнул:

— Уходим в сдвиг!

Мила одобрительно кивнула. Она могла всё это сделать сама, но в случае ухода в сдвиг по отдельности, мы не смогли бы видеть друг друга и лишились бы возможности коммуницировать. А нам надо было обсудить ситуацию и придумать, как из неё выйти.

Я быстро начитал заклинание для ухода в сдвиг с «пассажиром», и наступившая почти сразу же звенящая тишина подтвердила, что у меня всё получилось. В этот момент в номер ворвались двое мужчин. У одного из них я сразу же заметил заклинание каменной руки. Видимо, он своим гранитным кулачищем, размером с голову быка, и выбил дверь с фрагментом стены.

— Выходим в коридор и бежим к пожарной лестнице, — сказал я Миле. — Артефакты контроля уже явно сработали, ещё когда нашу дверь ломали, поэтому нет смысла осторожничать. Теперь нам надо как можно быстрее добежать до машины.

— И уехать до того, как прибудет полиция и спецслужбы, — добавила Мила. — Думаю, их уже вызвали.

Я тоже был уверен, что служба безопасности уже вызвала всех, кого положено вызывать в случае применения боевой магии в стенах отеля. Ведь помимо того, что явно сработали артефакты магического контроля, ещё и по камерам было видно, как выбивали нашу дверь.

Тем временем два незнакомца, проникнувшие в наш номер, быстро его обошли и, не обнаружив нас, принялись довольно эмоционально разговаривать. О чём — мы слышать не могли, да и не важно это было по большому счёту.

— Побежали! — сказал я Миле.

Мы одновременно выскочили в коридор, и тут же я услышал доносящуюся из номера ругань. Означать это могло лишь одно — мы вышли из сдвига. Похоже, в коридоре стояли не только артефакты контроля, но и подавители магии. Правда, было непонятно, как выбивший нашу дверь здоровяк, получил каменную руку, но это меня сейчас вообще не должно было волновать. Сейчас все мои мысли были о том, как нам убежать от фон Лангермана; я нисколько не сомневался, что боевых магов ко мне прислал барон.

И стоило мне лишь подумать о бывшем кураторе секретного проекта «Вархайт», как он появился собственной персоной — вышел в коридор с пожарной лестницы и направился в нашу сторону. Барон шёл не спеша в сопровождении двух крепких мужчин сурового вида — явно сильных боевых магов. В правой руке у фон Лангермана, как обычно, была трость, но только в этот раз он держал её как боевой посох — вытянув впереди себя.

Набалдашник трости сиял так, что слепило глаза; и это было странно, учитывая, что магия в коридоре блокировалась. Физиономия немца сияла не меньше — видимо, он уже предвкушал, как поймает меня, допросит и узнает, что же нужно Романову в музее, за каким спящим артефактом охотится русский кесарь. И мне это всё очень не нравилось.

О том, чтобы вступать с бароном в схватку, не было и речи — шансов выйти в этой драке победителями у нас с Милой не было. Будь у меня с собой мой меч, я бы рискнул, но голыми руками, без возможности использовать магию, полагаясь лишь на свои навыки в рукопашном бою, да ещё и вдвоём против пятерых… Об этом не стоило даже думать.