Книга Большой проигрыш, страница 29 – Алексис Опсокополос

И я снова побежал на Вильгельма, но в этот раз я словно одержимый рубил мечом воздух перед собой. И с радостью замечал, как схлопываются эти мелкие порталы один за другим. И наконец-то добежал. И даже ударил Вильгельма мечом. Точнее, попытался ударить. Не получилось — клинок словно застрял в воздухе, не дойдя до императора около полуметра.

Сначала я расстроился, но потом заметил, что во время этого самого увязывания в невидимой защите Вильгельма клинок вспыхнул ярче обычного. И тогда я принялся наносить один удар за другим. С каждым ударом вспышка становилась сильнее и сильнее, а после очередного Вильгельм был вынужден сделать пару шагов назад.

Это меня окрылило, и я соверши глупейшую ошибку — слишком увлёкся нападением и забыл, что меня тоже могут атаковать. Но экзаменатор мне об этом напомнил — удар невидимого кулака обрушился на мою голову с такой силой, что экзамен чуть не закончился. Я рухнул на землю, разбил лицо о камень и чуть не выронил меч.

Было больно — очень уж неудачно я приложился к камню. Почувствовал во рту привкус крови, провёл языком по зубам и не обнаружил двух передних верхних. Такого со мной ещё не случалось — чтобы мне зубы выбивали на тренировке. Я понимал, что Тойво, помучившись, чуть дольше обычного, мне их вернёт, но стало обидно.

И ещё очень больно — зубы вылетели не с корнями, а обломались у основания, оголив нервы, которые реагировали даже на поток воздуха при дыхании. В бытовой ситуации я бы мог приморозить себе всю верхнюю челюсть, но во время боя каждая секунда была на счету, и пришлось терпеть.

Но был от моего падения зубами на камень и плюс, я разозлился уже не на шутку. Не на Вильгельма даже, а просто на всю эту ситуацию. И похоже, мечу мои эмоции передались — он стал светиться ещё ярче. Я сжал рукоять покрепче и побежал на Вильгельма. И снова попал в ловушку, из которой выбежал метрах в двадцати от императора. Это разозлило меня ещё сильнее, и я рубанул мечом по земле, как не раз делал раньше на тренировках.

Я понимал, что трещина в земле, никакого вреда противнику не нанесёт — он просто отпрыгнет в сторону, но я всё равно ударил по земле. Скорее от злости и досады. Но в этот раз меч землю не разбил — он повёл себя совершенно иначе. Он создал что-то типа тоннеля от меня до Вильгельма и закрутил в этом тоннеле воздух так сильно, что император пошатнулся и чуть не упал.

Меч стал светиться уже так сильно, что глазам становилось больно. Я хотел снова броситься на противника, но что-то меня удержало. И ещё я вдруг понял, что должен поднять клинок и направить его остриё в сторону Вильгельма. Не знаю, как ко мне пришло это понимание, но оно пришло.

Я сжал рукоять и направил меч на Вильгельма. И только после этого понял, что Его Величество еле стоит на ногах. А тем временем тоннель вокруг нас становился всё более осязаемым, словно его стены состояли не из воздушного потока, а из какого-то плотного полупрозрачного материала. И ветер в этом тоннеле всё усиливался и усиливался.

Вильгельм был вынужден припасть на одно колено. Он принялся выпускать в меня огненные шары, колья, стрелы и ещё кучу всего, в надежде сбить мне концентрацию, но до меня ничего это не долетало — тоннель сразу же уводил всё в сторону. Ко мне он тащил только императора.