Книга Большой проигрыш, страница 34 – Алексис Опсокополос

— Всему своё время, Дана, — повторил уже ранее сказанную фразу Романов. — И я тебе обещаю, что это время настанет.

— А ещё меня бесит его трусость! — Дана снова начала заводиться. — Это ничтожество боится мне сказать, что Алихан у него. Видимо, считает, что я не совладаю с собой и начну выбивать из него информацию, где прячут моего мальчика. Признаюсь, пару раз до этого почти дошло, но я в последний момент останавливалась. Потому что опасаюсь не рассчитать силы и эмоции и развеять подонка по ветру. А отвечать за мои действия придётся Алихану. Ему не жить, если я убью Карима.

— Это хорошо, что ты останавливалась, — сказал Александр Петрович. — Карима сейчас трогать нельзя.

— Ты прав, Саша, — согласилась Дана и, глядя на брошь с кристаллами, добавила: — Но знаешь, как мне трудно смотреть на этот светящийся кристалл Алихана и не знать, где мой сын и не иметь возможности ему помочь. Ты просто не представляешь!

— Очень даже представляю, — с сочувствием произнёс кесарь. — И ещё я могу тебе объяснить, почему кристалл Алихана так ярко светится.

Дана недоверчиво посмотрела на Романова, но ничего не сказала.

— Дай мне пять — десять минут, и одной тайной для тебя станет меньше, — пообещал кесарь. — Я сейчас вернусь.

После этих слова Александр Петрович быстро покинул кабинет, захватив с собой телефон. В коридоре он набрал чей-то номер, дождался, когда ответят, и сказал в микрофон:

— Роман, здравствуй! Хорошо, что ты так быстро ответил. Ты дома? Мне нужно, чтобы ты передал телефон Алихану как можно скорее. Это очень важно.

— Он занимается с Милой, — послышалось из динамика телефона. — Я сейчас схожу к ним.

— Это просто замечательно! Жду.

Через пять минут Романов вернулся в кабинет; Дана стояла там же, где он её оставил.

— Присядь, пожалуйста! — попросил кесарь свою гостью, та удивилась ещё сильнее, но спорить не стала и села на диван.

Александр Петрович подошёл к Дане, протяну ей телефон и сказал:

— Поговори!

Вдова кагана Абылая взяла телефон, бросила очередной удивлённый взгляд на кесаря и сказала в микрофон:

— Я вас слушаю!

Почти сразу же после этого глаза Даны расширились, она растерянно, словно не веря своим ушам, посмотрела на Романова, а потом срывающимся голосом закричала в трубку:

— Алихан! Сыночек мой любимый!

*****

Когда мы с бабушкой и Вильгельмом Пятым прибыли порталом на кухню, я сразу же побежал к себе в комнату, чтобы переодеться. В отличие от Его Величества, который во время экзамена выпачкал лишь сапоги, у меня вид был такой, словно я неделю ползком пробирался через болота.

Переодевшись, уже собрался бежать на кухню, но тут зазвонил телефон. Я хотел проигнорировать звонок, но это звонил Романов — пришлось ответить. Александр Петрович сказал, что ему очень нужно срочно поговорить с Алиханом, и мне пришлось бежать к Алихану — благо я знал, где они с Милой в этот момент тренировались.

И вот я стоял и смотрел, как мальчишка с кем-то говорит по телефону, чтобы по окончании разговора схватить аппарат и рвануть со всех ног на кухню — очень не хотелось, чтобы меня там долго ждали. Но Алихан пока не собирался закругляться. Говорил он по-казахски, из чего я сделал вывод, что общается он явно не с Романовым. А по ярким эмоциям было видно, что разговор этот для мальчишки крайне важен.