Книга Семья, страница 103 – Алексис Опсокополос

Благодаря тому, что мексиканцам не удалось установить над городом купол, часть жителей, в основном аристократия и особо сильные маги, смогли покинуть Торонто при помощи пространственных порталов. Но основная часть оставалась в городе. То ли руководство мегаполиса не могло по какой-то причине наладить эвакуацию граждан порталами, то ли не верило, что Хосе Второй сдержит обещание и уничтожит Торонто вместе с жителями.

А тот собирался. Хосе уже давно называли безумным мексиканцем, и прозвище это он получил по заслугам: о его зверствах и диких поступках ходили легенды. Но даже если часть этих легенд и не имела никакого отношения к реальности, в том, что император Ацтлана уничтожит Торонто вместе с жителями, мало кто сомневался.

Однако руководство города и Британской империи не озаботились спасением граждан. Те накануне штурма снарядили посольство к Великому тлатоани, чтобы упросить его выпустить из Торонто хотя бы женщин и детей, но император отказался. Монаршей милостью он лишь позволил послам вернуться в город, не казнив их раньше времени.

И вот время штурма почти подошло. Великий тлатоани, одетый в свой любимый боевой костюм, разрисованный под шкуру ягуара, посмотрел на часы — они показывали без четверти двенадцать по местному времени. До начала штурма города оставалось всего пятнадцать минут. Император ухмыльнулся и продолжил ждать. Он любил точность и всегда держал слово — если он обещал приступить к уничтожению Торонто в полдень, то даже минутой раньше не начнёт этого делать.

Тем временем отряды армии Ацтлана завершали последние приготовления к штурму: боевые маги обновили на себе защитные заклятия, простые воины убедились, что не забыли надеть амулеты. Все ждали приказа императора и сигнала к началу.

* * *

Гарольд Эджертон стоял посреди огромной площади, вымощенной красным гранитом, и взирал на «непобедимых». Герцог любил красивые слова и тайные знаки. И хоть эти воины ещё не участвовали ни в одном сражении, Эджертон назвал их именно так. Потому что знал: победить их невозможно.

Он создавал эту идеальную армию более тридцати лет, а до этого семьдесят лет готовился к тому, чтобы начать работу в этом направлении. И вот всё было готово: тысяча сильнейших боевых магов, не знающих жалости, не ведающие страха, не мечтающие ни о чём, кроме как выполнять приказы своего господина, стояли на площади и ждали этого самого приказа.

Тысяча трёхметровых великанов, при помощи магии сделавших свои тела неуязвимыми. Все они были одеты в комбинезоны наподобие десантных, только вместо камуфляжа, эти комбинезоны были покрыты мельчайшими алмазными чешуйками. Такое же покрытие было и на шлемах, полностью скрывавших лица воинов. На ногах — такие же блестящие, ослепляющие ботинки.

Воины излучали такой свет, что простому человеку на них было бы невозможно смотреть. Но Эджертон смотрел. И получал истинное, ни с чем не сравнимое наслаждение от этого зрелища. Это была его армия, его детище, он вкладывал в него все свои силы и большую часть средств на протяжении без малого ста лет.

И теперь эти воины стояли напротив герцога и были готовы исполнять его волю. Годы тренировок и магической прокачки выработали у них безразличие ко всему личному. Их интересовало лишь одно — служба хозяину.