Книга Семья, страница 68 – Алексис Опсокополос

— Думаю, мы сделаем это завтра, — сказал Романов.

— Я жду лишь вас, чтобы соблюсти протокол, так как планирую вступить в войну в качестве вашего союзника, — произнёс в свою очередь Вильгельм Пятый.

— Мы тоже вступим в войну сразу же после того, как вы её объявите. На основании нашего межгосударственного соглашения, — вступила в разговор Дана.

После этого все посмотрели на короля Иордании.

— Мы не можем объявить войну Лондону, так как формально являемся частью Британской империи, как Египет, Кувейт и Ирак, — сказал Абдалла Третий. — И в нашем случае быть частью империи — это действительно формальность, так как мы не ощущаем в связи с этим никаких проблем и не испытываем ограничений. По сути, мы независимы — англичане не лезут в наши дела, а их генерал-губернатор практически не покидает своего дворца. Объявить полную независимость мы могли давно, но зачем? Вся власть и так принадлежит мне, а британская армия хоть и не самый надёжный союзник, но всё же их военная база на нашей территории останавливает саудитов, которые решили объединить весь арабский мир. Разумеется, под своим началом и на своих условиях.

— Но тем не менее вы прибыли сюда, — заметил немецкий император.

— Да, прибыли, — согласился король. — Потому что в последнее время репутационный урон от нахождения, пусть и формального, в составе Британской империи для нас кажется слишком большим, и пришло время изменить ситуацию. Ну и к тому же мы видим, к какой катастрофе толкают англичане весь мир, и хотим этому воспрепятствовать. Но, должен вас сразу предупредить, что толку с нас будет мало. Во-первых, нас самих не так уж и много, а во-вторых, не все семьи королевства меня поддержат, не все отправят своих сильнейших магов на эту войну. Другое дело — Ирак! С Ираком совсем иная ситуация. Его англичане, можно сказать, выдаивают полностью. В Ираке нет иного руководства, кроме британского генерал-губернатора. И эту страну сложно назвать частью Британской империи. Это оккупированная англичанами территория, жители которой все до единого мечтают о свободе и ненавидят англичан. Иракцам есть за что бороться и отдавать свои жизни. Я общался с лидерами их сопротивления, они с радостью выступят на нашей стороне.

— Насколько им можно доверять? — поинтересовался Воронцов.

— Смотря, что Вы подразумеваете под доверием, — ответил Абдалла Третий. — Я уверен, что большинство иракцев, вне зависимости от расы и социального статуса, выступят против захватчиков: и простые жители, и аристократы; и одарённые, и не имеющие дара. Здесь я в них уверен. Но я не знаю лидеров их сопротивления настолько хорошо, чтобы быть уверенным в каждом и гарантировать, что среди них нет предателей. Поэтому я не стал бы делиться с ними особо секретной информацией — например, сообщать о начале боевых действий или ещё какие-либо секретные детали. Достаточно договориться с ними, что они подключатся в процессе. И они подключатся. Но нужно будет пообещать им независимость после крушения Британской империи.

— Это не проблема. Независимость получат все британские колонии, — сказал Александр Петрович.

— Почти все! — поправил Вильгельм Пятый, который, похоже, имел некоторые виды на часть британских владений.

— Почти все, — согласился Романов.

— С Ираком всё понятно, а что с остальными арабскими странами? — поинтересовался Воронцов.