Книга Пожиратель. Книга V, страница 56 – Алексис Опсокополос

— Что собираешься делать? — поинтересовался Артур.

— Пытать, — ответил я. — И за неимением утюга и паяльника, придётся выкручиваться тем, что есть.

После этих слов, я левой рукой снял с Петиной правой ноги башмак и положил свою пылающую правую ладонь ему на ступню. Лучше бы, конечно, это всё с рукой делать, но руки у пленника были за спиной. Сразу же неприятно запахло горелыми носком, кожей и мясом, а глаза у бандита увеличились так, что казалось, сейчас они выскочат из орбит. Ему было больно, но бедняга даже стонать не мог. Разве что немного скривился.

— Неплохо, — произнёс ИСБ-шник, глядя на исказившееся от боли лицо Пети, и одобряюще кивнул.

— И это только начало! — громко заявил я, убирая свою руку с ноги пленника.

После этого я выждал примерно минуту, дав Пете сполна осознать, что всё у нас будет по-взрослому. Затем слегка приморозил ему раненую ступню и немного облегчил боль. И снял с него обездвиживание.

— Ты совсем охренел, Молот⁈ — заорал на меня бандит.

Вместо ответа я наотмашь ударил его по щеке пылающей ладонью и сказал:

— Мы с Артуром хотели разыграть плохого и хорошего полицейских. Но ты вынудил нас перейти на план Б. А там нет хорошего. Там плохой и очень плохой! Даже не так. Там два очень, очень, очень плохих!

Петя тем временем сморщился, а к запаху горелой кожи добавился запах жжёных волос — с пощёчиной я заодно ещё и подпалил остатки Петиной шевелюры.

— Вы психи, — простонал бандит. — Вы больные ублюдки.

— Я рад, что ты это наконец-то понял, — сказал я. — Начинаем нормальный разговор? Или снимаем второй башмак?

— Вы не понимаете… — начал было Петя, но договорить не успел — мой огненный кулак впечатался ему прямо в зубы.

Бедняга откинулся назад, ударился головой о стену, после чего завалился набок и застонал. А мне вдруг стало страшно. Я неожиданно понял, что готов истязать Петю до тех пор, пока он не сломается. И мне не было его жалко. Ни капельки. Очень уж я был на него зол после Монте-Карло. И очень уж мне хотелось узнать, кто меня «заказал».

— Мы всё принимаем, — произнёс я, усилив огонь в ладони. — А вот ты, похоже, так и не понял ещё ничего. Но это не страшно. Скоро поймёшь. Я ведь ещё даже и не начинал с тобой серьёзно работать. Но, чувствую, придётся показать тебе всё, что я умею. Ты только главное — с ума не сойди. А то раны тебе лекари залечат, а вот если кукуха улетит, то там уже всё — пиши пропало.

— Да кто ты, вообще, такой? — простонал бандит.

— Для тебя я сегодня — боль, — ответил я, театрально оскалившись. — Долгая, мучительная, неизбежная. Постепенно сводящая с ума.

Мои слова прозвучали настолько мрачно, что даже Артур метнул на меня настороженный взгляд. Я же наклонился над Петей, посмотрел ему прямо в глаза и сказал:

— Сейчас я опять тебя обездвижу, чтобы ты не мешал мне сжигать твою ногу. Ты всё равно сломаешься. Никто не может переносить такую боль долго. Вопрос лишь в том, произойдёт это на пальцах, или после того, как сгорит ступня. А может, ты хочешь дотянуть до колена? Мне уже самому интересно, как далеко ты готов зайти.

— Ты долбанный псих, — простонал Петя Сибирский.

— Есть немного, — согласился я. — Ну что, приступим?

— Нет!

— Это был просто крик отчаяния или мы договорились сотрудничать? — уточнил я.