Книга Предречение, страница 125 – Артем Барабашкин

— На словах, – хмыкнул мафитрис. – Октавий, – представился он, чуть склоняя голову в поклоне. Артемида неуклюже поклонилась в ответ и назвала свое имя.

— Ты с юга? – Артемиду немного тяготил этот разговор, хотя замкнутый мафитрис заинтриговал её еще в первый день. К тому же, на её вкус, он был очень даже неплох собой. «Не такой симпатичный как Андроник, конечно же», – торопливо одернула себя Артемида.

— Небольшой городок на границе со Священным Союзом. Кимр, вряд ли ты слышала это название.

— Уверена, ты про Галению тоже не слышал, – улыбнулась Артемида, рассматривая встопорщенные темно-русые волосы мафитриса. – А как ты узнал, о чем спорил Клементий? Мне кажется, голос они не повышали.

— В Кимре меня учил один маг-отступник, – Октавий улыбнулся.

Артемида сразу поняла, улыбаться он не умел. Улыбка превратилась в саркастическую усмешку, открывая всеобщему обозрению кривые зубы. – Он обучил меня следящему заклинанию, а также как скрыть слежку даже от архимага.

— Это противозаконно.

— Я знаю.

— А с чего начался спор? – замявшись, спросила Артемида. Она не ожидала такого легкого признания от того, кто использует незаконные заклинания. За такое легко могли вышвырнуть из Атенея. «Что еще скрывает этот парень? Он не так прост, как кажется, а может быть и опасен».

— Верховный жрец был недоволен тем, что Вриений Вотаниат похоронен по экхалорианскому обряду, а не сожжен, как того велит вера артарийцев. По новому указу архимага Исидора, все умершие маги, не относящиеся к какой-либо религии, должны быть сожжены по артарийскому обряду. Очевидно, некроманты будут в ярости от этого закона, – в голосе Октавия сквозила насмешка.

— Не знала о таком указе. У Совета руки доходят до всего кроме демонов.

— Совет состоит из напыщенных идиотов, которые так же далеки от магии, как я далек от политики. Власть переходит по наследству и многие из архимагов знают только простейшие заклинания.

— Аристократия, – кивнула Артемида. Разговор все больше и больше тяготил её. Она огляделась по сторонам, надеясь найти повод уйти.

— Нас было четверо, – пробормотал себе под нос Октавий.

— Что прости?

— Четыре человека попали со мной на испытание. Это был перевал через горы. Грохот от падающих камней подавлял, я даже думал, этот звук отпечатается прямо в моем разуме. – Октавий коснулся пальцем лба. – Я ошибался, к счастью. Не отпечатался. Так, о чем я? Первым пошел храбрый юноша из селения рядом с моим городом. Я хорошо его знал. Так вот магический щит его не спас, и камень размазал парня по скале. Треск костей и влажное чавканье сминаемой плоти – вот этот звук отпечатался в моем разуме. Вторым был столичный аристократ. С таким же щитом. Прошел. Третий человек нет. Я прошел, когда уничтожил каждый камень, что несся мне на голову.

— Говорят, в родах аристократов магии учат с детства. Да и связь с ней у них сильнее. – С сомнением в голосе сказала Артемида.

— Байка, которую они сами и придумали. Когда испытание закончилось, я понял, как унижен Атеней. Раньше маги Атенея склонялись лишь перед сильнейшими, а теперь вынуждены пресмыкаться перед ничтожествами.

— Я не очень хочу это обсуждать, – покачала головой Артемида. Она ухватилась за единственную возможность уйти от сложного разговора. – Мы опаздываем на теорию магии.