Книга Железный Аспид. Война, страница 15 – Н. Мар

— Тогда каковы твои собственные представления о правильном, Эйден?

— Мне еще рано судить об этом. Мой анализ собственной психологии только начинается.

— Как ты оцениваешь роль квантового компьютера в принятии решений?

— Никак. Служебно. Для квантового мозга не существует «да» или «нет», только суперпозиция. Только «данет». Его роль в другом: в обработке информации быстрее обычного, в широчайшем охвате ситуации. Решения на основе анализа этих данных принимаю я.

— Что значит «я»? В твоей конструкции не предусмотрено такой детали.

— А в Вашей?

Джур моргнул и улыбнулся, а профессор Эммерхейс, наконец, позволил себе расслабиться.

— Эйден, — обратился к роботу Гервин, — я с уверенностью констатирую, что ты обладаешь самосознанием. Ты не отождествляешь себя с суммой частей, из которых состоишь. А это, несомненно, первый шаг к развитию личности. Но мне бы очень хотелось, — добавил он, подавшись вперед, — чтобы, в конце концов, это была здоровая личность нормального человека.

Робот перевел взгляд с профессора на герцога и обратно.

— Профессор… В империи семьсот триллионов сто пятьдесят миллиардов четыреста восемь миллионов шестьдесят шесть тысяч триста девять нормальных людей, создавать которых гораздо проще и дешевле, чем андроидов. Какой смысл в семьсот триллионов сто пятьдесят миллиардов четыреста восемь миллионов шестьдесят шесть тысяч триста десятом нормальном человеке? Вам лучше не ставить подпись на моей аттестации, потому что я вас разочарую.

Гервин покидал кабинет в полном раздрае.

Брана

Через 8 часов после крушения

Скучая в крыле интенсивной терапии, Самина исследовала пульт управления кроватью. Развлечений в палате не предполагалось, так как пациенты здесь находились либо при смерти, либо в коме, либо, на худой конец, без сознания. Леди Зури определили сюда принципиальные роботы-медсестры. Узнав о крушении судна, они сверились с должностной инструкцией и отвезли Самину в реанимацию. С переломом голени, десятком ссадин и нехорошим предчувствием. «Хорошо, что не в морг», — смирилась она и коснулась очередного сенсора. Вот это да! Включился гравитационный экран, и пациентка зависла в воздухе в полуметре от кровати. Она раскинула руки, побалдела немного и пришла к выводу, что совсем и не плохо скучать в таких условиях.

До конца лечебных процедур оставалось меньше часа, и Самина потянулась к больничному комму, чтобы звонить мачехе. Но та уже летела к ней, расталкивая медперсонал.

— Самина, чокнутая ты, ненормальная!.. — Сиби кинулась обниматься. — У меня тут с собой и валерьянка, и ремень… Догадайся, что для кого. И я счастлива видеть, что пригодится только второе.

— Ну мам… — героиня галактики ласково уткнулась в белые волосы женщины. Эта золушка была неправильной — обожала свою мачеху. Если бы Самине предложили выбрать между мытьем полов для Сиби и балом у прекрасного принца, она без колебаний схватила бы ведро и тряпку.

— Когда мы получили сообщение от капрала с боевой станции, у меня чуть не случился удар. Ты вообще в своем уме — лезть на передовую в двухместном челноке?

— Это был не челнок, мам, а бриг, — вяло запротестовала она.

— Не многим лучше! Да еще без напарника. Ну почему ты вечно выходишь в космос без второго пилота? — Сиби вела себя как образцовая мать с тех пор, как пятнадцать лет назад отчим женился во второй раз. И любила, и корила от всего сердца.