Онлайн книга «Железный Аспид. Война»
|
— Шу, шу! — не выдержала она и замахала на оленя рукой. — Что встал, беги в горы! На нее уставились три пары изумленных глаз, и Прия воскликнула: — Самина, да ты чего⁈ — Не обращай внимания, — рассмеялся Бензер и послал спутнице громкоговорящий взгляд. — Имперский бот слишком жестко приложил ее головой о камни. Рядом смачно всхрапнула и очнулась пожилая леди из команды бассет-хаунда. Она схватилась за рычаг так, словно он напомнил ей что-то из бурной молодости, и пес, наконец, принял охотничью стойку. Он десятком скачков перемахнул ручей вброд и закрутился в оленьих ногах. Зверь опустил голову и крепко прижал бассета рогами к скалистому берегу. Пес крутился в клетке из прекрасных рогов, пытался укусить оленя за морду и не мог дотянуться. Пожилая леди курила и ругалась как пират. — Это наш шанс! Наш шанс! — заорал Освель и отправил сапсана к морде оленя. Занятый псом, тот не мог отбиваться рогами, и птица успела выклевать ему один глаз, прежде чем Самина окончательно рехнулась: «Нет, это шанс для оленя!» — она схватила вилку и вонзила в панель управления. Сапсан занес клюв над вторым глазом оленя и замер. «Ура?» Притих весь клуб «Баламут». Сапсан взорвался и снес оленю голову. «…!» — подумала Самина. * * * Команды вернулись под своды пещерной ресторации. Пегас теперь крутился вокруг столика победителей, и распорядитель в красном рединготе оглушительно орал в микрофон, избавляя от необходимости объясняться с Бензером. Прия делала вид, что разглядывает светильники на потолке, а Освель молча набивал рот свежим стейком из оленины (м-м-м, прожарки medium rare). Бензер наклонился к самому уху Самины: — Формально ты принадлежишь к сливкам общества, дорогая. Но, боюсь, ты так никогда и не вольешься в свою естественную среду. «Свалка сибаритов» — вспомнились ей слова андроида. — А сердце благородного зверя завоевала пр-р-релестная блондинка в зеленом! — надрывался конферансье. — Как прикажете подать его для вас, драгоценная леди? Самина поднялась и взглянула в сторону горной цепи на горизонте, куда закатился солнечный диск: — Завоевала сердце. Буду честной, я вынесла ему мозг. Приготовьте из него карминский пудинг… и передайте от моего имени вон той даме, с бассет-хаундом. Вместе с моим восхищением ее охотой. С этими словами вышла из-за стола, пробормотала извинения и поспешила к выходу. Меньше всего она хотела, чтобы ее попытались удержать, и это пожелание было исполнено. В салоне карфлайта легче не стало. Домой не хотелось. Перед глазами стояла разбитая голова оленя, и мысли плавно текли в русло ее неудачного эксперимента с уроборосом. Что-то ответит завтра Харген на ее просьбу? Согласится ли? И что скажет император, вот что главное. Отчим Самины бывал резок на переговорах, не считая должным поумерить гонор. Пусть он даже предложит Эйдену свободу в обмен на медицинские технологии, но как он это сформулирует? Харгена не волновали зараженные — настолько, чтобы просить о помощи кровного врага. Если смотреть правде в глаза, среди больных преобладали бедняки, и за них готовы были вступиться только самые неугомонные ботаники — такие, как Шима Кафт и Самина Зури. Она отцепила заколку, густые волосы рассыпались по плечам и спине. Нет, председатель Альянса мог все испортить. Андроид уже показал, к чему может привести безудержное и грубое давление. Нужно было готовить почву для встречи императора и Харгена заранее. Тут Самина представила, как профессор Шиманай явится пред очи Эммерхейса в карцер для пленников и начнет швырять в него пробирками. Определенно, переговоры зайдут в тупик. |