Книга Железный Аспид. Война, страница 55 – Н. Мар

— Эйден, мне бесконечно стыдно за те варварские методы, что используют советники.

— Обращение по имени располагает к доверию только у людей, Самина, — андроид улыбнулся одними губами. Видимо, для того, чтобы показать, что и улыбка в его случае не располагает ни к чему хорошему. — Ты не задумывалась, почему при таких развитых биотехнологиях глаза имперских роботов подчеркнуто искусственны? Мы используем ретродиафрагмы, чтобы человек понимал, что перед ним андроид.

Отнюдь не из-за внешнего вида ей хотелось говорить с ним, как с человеком. И ей вовсе не требовалось лишнего напоминания, что Эммерхейс робот.

— Разве это не наносит ущерб авторитету императора?

— Эти глаза выделяют превосходство искусственного интеллекта, и ни одному синтетику не придет в голову иметь настоящие.

Самомнение было поразительным для машины. Если Самину до этого и терзали опасения, что договориться не получится, то теперь они с каждой секундой подкреплялись все сильнее.

— Итак, — донеслось с той стороны защитной паутины. — Я дал тебе достаточно времени, чтобы унять дрожь и перейти к сути?

— Убрать вуаль, — тихо приказала Самина, и микрокоптеры исчезли вместе с блестящим пологом. Она все равно не чувствовала себя в безопасности за тонкой сетью. — Я пришла сюда, чтобы от имени сотен тысяч бранианцев просить твоей помощи в вопросе, не связанном с войной. На планетах Альянса есть эпидемии болезней, с которыми наши ученые справиться не в силах. Брана густо населена и страдает больше остальных — здесь множится опасный паразит, и его гены настолько пластичны, что не поддаются разрушению. Мы знаем, что в империи Авир медицина давно признана лучшей среди известных вселенных. Андроиды обладают колоссальными знаниями в разных областях, и если тебе есть чем поделиться с нами, я обещаю, Совет найдет, что предложить взамен.

Эйден не реагировал, будто слушал невнимательно. Или ему просто было не интересно. Прошло несколько секунд, прежде чем он произнес:

— Поправь, если я ошибаюсь. Видишь ли, по закону жанра я не могу не спросить. Ты взяла меня в плен, из-за тебя погиб мой корабль, твой отец пытался убить меня, и теперь ты являешься ко мне просить о помощи?

— Да.

— За почти сотню лет я вдоволь насмотрелся на то, как заботится Харген Зури о своих народах. Что готов он дать в обмен на чужие жизни? Не торопись, подумай как следует. Возможно, если ты действительно умна, а мне очень хотелось бы в это верить, ты развернешься и немедленно уйдешь.

Его грамматически выхолощенные фразы сбивали с толку. Самина репетировала их разговор по дороге сюда, но не предполагала, насколько быстро андроид перейдет к возражениям.

— Я понимаю. Ты скорее убил бы меня, чем выслушал. Но здесь, в камере, ситуация твоя незавидна. С высоты твоего прежнего положения утрата активности и всякого политического влияния выглядит удручающе. Утром сюда прибудет мой отчим. Я знаю его слишком хорошо, и поэтому уверена, вы с ним опять ни к чему не придете. Но если переговоры с твоей стороны перетекут в русло медицины, он рад будет обеспечить тебе некое подобие свободы здесь, на Бране. Ты выручишь Харгена с эпидемией, и кто знает, какие возможности для разрешения конфликта между нашими мирами откроются перед тобой.

С одной стороны, в ее словах было над чем подумать. Ох и развернулся бы Эйден с любым подобием свободы здесь. Он сделал бы все, чтобы найти и уничтожить магнетарную цепь Альянса, управление которой, как он знал, находится на Бране. Но с другой стороны, к пульту все равно пришлось бы подбираться тайно, и никакое сотрудничество, тем паче под бдительным оком бледной крысы, дочери Харгена, не помогло бы ему в этом. Эйден собирался вынудить Совет пойти на необходимые ему уступки, используя инструменты для манипулирования. А не препарирования. Как только сознание вернулось к нему, андроид начал составлять план сложного разговора с Харгеном. С третьей стороны (о, в его ситуации таких сторон было, точно в гексаэдре) он не знал, как скоро империя начнет форсировать наступление. Если к следующему утру Джур еще не заставит Зури поджать хвост, воспаление собственной значимости у советников перевесит здравый смысл. Хотя… Зная хватку адмирала Проци и преданность герцога, не надолго.