Книга Железный Аспид. Мир, страница 146 – Н. Мар

Щелк. «Правда» и следом: «Учащение пульса и гипервентиляция. Риск потери сознания.»

— Пожалуйста, можно мне воды? — у нее все-таки покатились слезы.

Щелк. Щелк. «Правда. Ложь. Выполните калибровку системы!»

Харген вышел на свет, вырвал из ее рук фото, скомкал и бросил в угол кабинета.

— Хватит!

Безопасники съежились перед ним.

— Все ясно! — рявкнул председатель. — Результаты предсмертного видео того робота, как его… Имбордини… готовы?

— Да, господин Зури.

— Ну, ну, ну же! Дьяволы бестолковые!

— Данные регистратора офицера Ирмандильо Тартальи не противоречат показаниям госпожи Зури. — извернулся агент.

— Иными словами, она говорит правду! Так?

— Это подтверждают и показания Шиманая Кафта.

— Того самого? Он же убит.

К столу подошла женщина в форме безопасника. Видать, коллеги выбрали ее жертвой на тот случай, если отчет придется не по душе председателю. Но агент была невозмутима, как всякий человек, знающий свое дело.

— Леди Зури его спасла. Она вовремя поместила мозг в колбу с субстратом, и мы уже вовсю работаем над пересадкой. К сожалению, говорить о полноценном допросе еще рано. — агент запустила голографии энцефалограмм, томограмм и других — грамм. По иронии, здесь уж Харгену приходилось верить на слово. — Нам удалось получить лишь реакцию мозга на те или иные утверждения. Проверить его на полиграфе невозможно, но за последние двести лет у нас не было оснований не доверять профессору. Все вышеуказанные факты прямо и косвенно свидетельствуют в пользу леди Зури.

— В таком случае я забираю ее.

Самина переводила ошарашенный взгляд с отчима на следователя. Старший агент подскочил и оттеснил коллегу у стола.

— Могу я… узнать… к-куда?

— Домой, идиот! — Харген сдул агента обратно к стене. — Куда еще отправляют невиновных⁈

Уже через минуту девушка жалась к Сиби в карфлайте. Они летели втроем с председателем, но женщины предпочли его не замечать, и Харгена это вполне устраивало.

— Я исполню твое желание, дочь. — под конец пути произнес он. — Завтра я казню синтетика на площади.

— Я хочу присутствовать.

— Да. Конечно.

После они молчали до самого дома.

* * *

'Нападающий в зоне атаки, обходит блок, уклоняется от защитника, избегает подножки, бр-росок! — обруч корзины! Мяч отскакивает в руки соперника: какая досадная неудача! Команда вылетает с чемпионата… из лиги… из галактики.

Было бы забавно, если б касалось меня одного. Но Джур и Ву впустую перекинут оборудование астрономической стоимости в какую-то глушь, будут ждать там неизвестно чего (Брану) и непонятно сколько (вечность). Чем обернутся для империи эти их выкрутасы?

Но было весело. Местами даже лучше, чем дома. Прости, Джур, но тебе придется стать настоящим императором. Я очень виноват. Хорошо, если вы там понимаете, что и я это понимаю. Я позволил себе то, вытравливал столетиями: человеческий эгоизм. И будь у меня второй шанс, позволил бы снова! Это звучит ужасно. Больше не стану повторять эту мысль.

Холодно. Здесь чертовски холодно. Скорее бы казнь: снаружи хоть будет теплее.

Надеюсь, она не придет. Не хочу всю оставшуюся жизнь выкидывать ее из головы'.

Ровно через сутки после выстрела, убившего двух андроидов, спасатели прибыли на вызов к звездолету с одним выжившим. А спустя еще три дня доставили криобокс с пленником на Брану. За все это время морозилку открывали лишь раз: убедиться, что Самина заковала пленника в наручники с шипом-фиксатором и активировала иглу в его ошейнике. И запечатали до казни. Робот даже не успел очнуться: температура в боксе замедлила адаптацию к планете, и когда он пришел в себя, оказалось, что его уже заточили в камере и привинтили к знакомому штативу. Ведь даже генно-модифицированное мясо нужно разморозить, прежде чем отбить.