Онлайн книга «Железный Аспид. Мир»
|
Пока Орис ел, пауки то светили, то гасли. Раздражали. Он перестал их отпугивать и подпустил к себе одного. Стряхнул ему с пальца каплю жижи, а пока тот кормился, вылил остатки клейстера прямо на него. Паук затормошил ногами, приклеенный к стене киселем. Но жижа была беспощадна, и паук увяз. Софиты на пятках замерли: тогда паук сдался и принялся есть жижу изнутри. Из киселя вышла довольно сильная линза, и Орис приобрел себе не самый бездарный ночник. Другие пауки сбежали через разлом в потолке. — Перестаньте калечить люцерверов! Орис и не подозревал, что умеет подпрыгивать на одних ягодицах. Перед ним стояла ибрионка — строжайший пучок на затылке, черное платье без излишеств, пуританские ботильоны. Орис вскочил с нар. — Вы кто такая? Вы как здесь… Ибрионка поджала губы и наполовину ушла в стену. Так, ясно: голограмма. — Я — Ри, управляющая флагманом. Система поддержки и контроля. Нет, я не голограмма, я конвисфера и при желании могу дать Вам пинка за порчу светильников. — Хороши светильники… — юноша покраснел. — Сами измываетесь, а потом дерзите! Ри бесстрастно моргнула. — Почему было просто не послушать совета, который Вам дали при заселении? — Ну да, да! Успокоиться, ха-ха. Настроиться на… как там… конструктивный разговор. Это здесь-то? Да я чуть не умер! — Не нагнетайте. Вам же нравится погружение в мир страданий и болезненных фантазий. Еда без вкуса, цвета и запаха действительно помогает сосредоточиться. Но зачем же портить реквизит? Насколько я знаю, Вы сюда напросились сами, вот и держите себя в руках. — Как мне может нравиться погружение в мир болезненных фантазий? Что Вы такое говорите? — Тут бардак уже третий час. Было б еще на что глянуть. Страхи у Вас, прямо скажем, инфантильные. Ориса, конечно, и раньше техника подводила, а какая и вовсе недолюбливала, но чтоб так беспардонно язвить — такое случилось впервые. Сам Эммерхейс и рядом не стоял с этой управляющей. Юноша развел руками и просто вернулся на ржавые нары. — Мой Вам совет — прекращайте. — скрипела Ри. — Или хотите беседовать с герцогом на этой помойке? — Ладно. Я не понял, чего, но прекращу. Если я пообещаю вести себя хорошо, Вы переведете меня в камеру получше? — Здесь Вам не тюремный спутник, на флагмане только один пси-блок. Работайте с тем, что есть. Герцог будет рад бризу и конфи из нежирной дичи, Его Высочество давно не был дома. Всего доб… — Простите, из нежирной дичи здесь только я! Юноша уже давно не плакал на людях, но сейчас очень хотелось. — Со скелетом же получилось. И с люцерверами. Не знаю, ну, подумайте наконец о чем-то приятном! Стены будут обваливаться до тех пор, пока Вы не перестанете себя жалеть. И ужин останется клейстером, пока скулите здесь на голых досках. — То есть… вот это все здесь — иллюзии? — Для убогих цивилизаций сойдет и такое определение. Пси-блок сконструирован по принципу медитативных тюрем империи, где Вы попадаете в ту среду, которая отражает душевное состояние. Ваша агрессия обернулась вонючей жижей и липкой слизью, а страх — мертвой тушей и пугалом, в которое Вы превратили люцервера. — Я, значит, превратил⁈ — Безусловно. Когда иссякли страх и ненависть — стало легче, не находите? И еда нашлась. — Это.не.еда. — Ее лишают вкуса депрессия и чувство вины. У настоящих преступников эта стадия длится годами, иногда не проходит до самой смерти. И не только у преступников. Самобичевание — любимое хобби людей. |