Книга Либелломания, страница 75 – Н. Мар

— Кай, знаешь, а если спросить у неё прямо? Аккуратно, разумеется.

— Как об этом можно спросить аккуратно?

— Ты прав. Представляю, какое это было потрясение. Хватит с неё. Такое незачем ворошить при сложившихся обстоятельствах. Ладно бы ещё эччер, а то…

Зазвонили опять. Кайнорт поставил бокал на место, так и не донеся до рта. Он выслушал, спросил только: «Твой труп?», принял ответ и отключился. Дал запрос пеленгатору.

— Спасибо, Вер. Ну, я пойду.

— Куда? Ты же у себя дома.

— Нет, я в шоке, Вер. Я в шоке.

Он оставил нетронутый варфаром и ушёл на ночь глядя.

На другой день после разговора с Джио я отправилась в Эксиполь. Злайя показала, как обращаться с токамаком, как кормить зверя и не обжечься. Я решила сама продать фламморигаму Бритцу. Через посредника или анонимно. Если уж ради неё он полез в трубу, то на выручку от сделки я смогла бы устроиться в городе заново. Легче всего было взять деньги у Джио, вроде как за молчание. Но он бы просто разорил бюджет отшельфа. Разумеется, Кайнорт мог просто выследить меня и отнять токамак. Поэтому лично встречаться с ним я не собиралась. Но и не опасалась уже, что он будет искать меня нарочно. Нет. Больше не будет. Для начала токамак следовало где-то спрятать, и лучшим местом была моя бедная мастерская. Потому что в ней стоял несгораемый шкаф. Деньги я тем злополучным вечером спрятать поленилась, положила их на шкаф… поэтому деньги сгорели, а шкаф нет.

Мне удалось проскочить в подъезд мимо домовладелицы. Дверь опечатали пожарные, но Мультик вскрыл замок. Я нырнула под оградительные ленты и вдохнула гарь, вонь оплавленного пластика, смрад потрескавшейся резины. Стёкол не было, но эти запахи не могли выветриться ни за неделю, ни, может быть, даже за год. На чёрном столе растеклась грязно-розовая лужа: фаллоимитатор той дамы, которая оплатила ремонт и, увы, уже не чаяла получить прибор назад. Я поставила токамак на пол, открыла по инструкции. Веточки на дне зашевелились, наружу высунулся обугленный носик. Фламморигама оголодала, огонь еле теплился.

— Потерпи, сейчас я тебя покормлю.

Я закинула в токамак хворост молокабы. Сжечь зверь тут уже ничего не мог, так что я не боялась и приготовила лёгкую воду. С ней фламморигама лучше усваивала непривычный корм. В прихожей скрипнула дверь, кто-то вошёл. Я спохватилась и захлопнула токамак. Вода осталась на полу. В комнату вошёл бравый долгоногий эзер в полицейской форме:

— Отдел превентификации преступлений, оставайтесь на месте!

Я подняла руки:

— Офицер, в чём дело? Это моя мастерская.

— Обезличенный арестный ордер. Руки за голову!

— Что происходит? — я подчинилась, но не могла поверить, что это правда со мной. — Превентификация?

— Наши искины вычислили, что с вероятностью пятьдесят пять процентов здесь в ближайшее время случится насильственная смерть эзера. Вы арестованы до выяснения обстоятельств.

— Это же абсурд, пятьдесят пять процентов, а я тут при чём? Может, это меня убьют с вероятностью сорок пять.

— Мы выясним это в течение четырнадцати рабочих дней, — дежурно бормотал эзер, продолжая лазать по моим карманам. — Увы, счёт не в вашу пользу, леди. И если бы речь шла о смерти шчера, я бы должен был отреагировать при вероятности гибели от девяноста процентов и выше.