Онлайн книга «Либелломания: Зимара»
|
— Лау, ты здесь наконец, ленивая чертовка! — взревел Йола. — Убей его! Свет моргнул. С потолка на остервенелый комок противников рухнула чёрная вдова. * * * Меня опять втянули в парадоксальную дилемму. Я упала на клубок, наполненный энергией и ненавистью двух космических армий. Йола брал массой и лучшей бронёй, а Кайнорт был вёрткий, как пиявка в болоте. Восемь крыльев так баламутили воздух, что сбивали дыхание. Молчание Бритца пугало сильнее крови и плазмы. Когда он дрался молча, он дрался только насмерть. Нужен был план, и я схватилась за его девиз: «Начни по-хорошему…» Я знала одно: от того, насколько добросовестны мои удары, зависят Миаш, Юфи и Кайнорт, голову которого я схватила хелицерами и била о кости на полу. Но — якобы невзначай — Йола получал не меньше, и сразу понял, что ему лучше выбраться из-под моего брюха. Он выпутался из паутины и отполз на край светового круга, едва дыша. Оставшись один на один со мной, Кайнорт вывернулся и, зацепив ногами, подсёк и повалил на бок. Ему-то легко было, вернее, «легко»: удары его подошв и перчаток в мой хитин были едва ли чувствительны. Я сбила клыками уже половину его ледяной брони. Она нарастала тем неохотнее, чем чаще я била в одно и то же место, и вот уже почти вся парка обросла клочками из подкладки и окровавленной рубашки. Но отпусти я его — и Йола начал бы стрелять, а пока он боялся попасть в меня. Неподготовленных бойцов и худых девчонок выстрелы из глоустера по броне не убивали, но могли надолго оглушить. Кайнорт больше не мог ждать и пустил в ход игледяную рапиру — в левой руке, и керамбит — в правой. За всё время, что я его знала, так и не поняла, какой рукой он владел проворнее. Я получила ощутимый укол, следом — порез между глазами. И рыкнула. Настало время переходить на следующий уровень. Я превратилась в человека. Схватила крименган и замешкалась. Что дальше? Кайнорт не успел бы отразить выстрел рапирой вот так, почти в упор. Сию же секунду Йола расстрелял его с края круга, и доспехи посыпались с плеч Бритца стеклянной мантией. — В голову меть! — крикнул шмель. — Что встала! «Я надеюсь, что нам не придётся драться, но если вдруг, то… вживаясь в роль убийцы минори… не могла бы ты быть… поосторожнее?» Кайнорт бросился вперёд и рванул мой крименган на себя. Направил мою руку себе в лицо и выстрелил. Его голова осталась совсем без защиты, а Йола пришёл в восторг. — Так его, ещё, ещё, добивай! «…продолжи малой кровью…» Я обстреляла игледяную рапиру и все те части тела Бритца, на которых только сверкали остатки брони. А потом набросилась, и мы опять схватились на полу. Я устала душить, я больше не могла рвать и бить. И выцарапала лёд из набедренной сумки. Подбросила. Круг света целиком заполнился густым паром, и, пока он не рассеялся, мы двое не шевелились, чтобы дать друг другу отдышаться. «Правша», — невпопад осенило меня. Глотая сбивчивое дыхание Кая вблизи, я вдруг поняла, какая рука у него ведущая. Забавно, как просто это решалось. Не та, что сильнее дерётся, а та, что ласкает смелее. На Кармине — и в филармонии, и на потолке каюты — то были пальцы правой руки. Сейчас Кайнорт уронил обе, обессилел, но не мог расслабиться, и его руки мелко подёргивались. Я взглянула на свои: и они дрожали тоже. |