Книга Тёмный маг, страница 28 – Евгений Кудрин

Процедура оказалась короткой. После Гольдамеш открыл глаза, его радужка и зрачки сначала были мутными и белыми. Постепенно цвет вернулся в норму. Обессиленный Одиш, склоняясь ко сну, целенаправленно прилёг на настил.

Когда маг вернулся к охотнице, уже смеркалось. Она была крайне бледна и всё ещё не реагировала. Сняв с пострадавшей всю верхнюю одежду, он накрыл её серым походным покрывалом. Обмакнув приготовленные тряпочки в воде, Гольдамеш приложил их к кровоточащим ранам и начал длинное заклинание старой школы:

— Пожирая тело изнутри, тьма источит силы твои, но есть огня исцеляющий свет, что стражем души встанет поперёк проклятой судьбы. Он вызовет тьму на неравный бой, чтобы выиграть час жизни тебе другой, а колдун, что выпустил свет, излечит раны твои, и разгонит мрак скованной болью души.

Читая заклинание, Гольдамеш пальцами чертил на груди девушки знаки решётки. Они проявились чуть позже, алыми полосками на открытых участках кожи. Потом он обвёл ровный круг, помещая в него уже проступившую решётку, в конце вытащил из костра маленький, ещё горящий уголёк и раскрошил в кулаке. Но тот не погас, а напротив, разгорелся, языками пламени окутывая пальцы мага. Со стороны казалось, что колдун делает что-то плохое с девушкой. На последней фразе волшебник опустил ладонь на алые знаки, и огонь, что так ярко горел, соприкоснувшись с охотницей, погас, передавая целительную силу. Алые круги, пульсируя, расходились по коже девушки, пока она вся немного не покраснела. Нижняя рваная рана в области ключицы затянулась, потом та, что выше, и, наконец, исчезли самые лёгкие царапины на руках и прекрасном лице. Через некоторое время остались только розовые шрамы.

— Постараюсь убрать и эти ужасные отметины.

Волшебник провёл рукой над местами бывших ран, не касаясь кожи девушки. После шрамы разгладились.

— Отлично! Я думал, что не получится. Остались только красные полосы на коже. Пусть остаются. Будут ей хорошим напоминанием о том, что с ней произошло.

Гольдамеш оставил девушку и присел у огня. Его силы опять были на нуле, но дело было ещё не закончено. Он взял котёл и отправился к ручью. Вернувшись, снова нагрел воду и осмотрел охотницу, рассуждая вслух.

— Раны не открылись. Это хорошо. Магия прижилась и не обратилась вспять, что довольно часто бывает при таких тяжёлых случаях.

Гольдамеш обмакнул тряпочку в тёплой воде и стал умывать охотницу. Она оказалась типичным представителем своего народа: светлые русые волосы, собранные в пучок, узкое лицо и прямой нос, едва изогнутые брови, заострённые маленькие уши и узкий угловатый подбородок.

— Худощавая она, — сказал Одиш, когда очнулся и поднабрался сил. — А так вполне даже ничего.

— Странно это всё, тебе не кажется? — спросил Гольдамеш, стараясь не придавать его замечанию внимания. — Этот лес и эта девушка.

— Чего странного?! Бывает, что иногда охотник становится добычей, но в этом случае ещё нужно разобраться кто жертва! — и Одиш снова откинулся на настил.

— Ладно, ты присмотри тут, а то ещё очнётся и станет буянить, огонь как-никак у неё в груди сейчас. Пойду, соберу хвороста на ночь, — переводя глаза с Одиш на незнакомку, маг ненадолго задержал на ней взгляд, ухмыльнулся и отправился через холм в ту сторону, куда скрылись олени.