Книга Хозяйка огня, страница 28 – Евгений Кудрин

Джелина осмотрела гранитную плиту. Низкая, она едва доставала до колен. Под ней оказался тумблер, спрятанный в узких пазах, что защитили его от температуры. Она открыла защитную крышку и подняла переключатель. Через пару минут сдерживающее поле стабилизировалось, а температура быстро опустилась до нормального уровня. Ошарашенный, но вместе с тем счастливый Тимофей закончил процедуру. Через термозащитное стекло было хорошо видно, как он судорожно вводил команды, что добавили охлаждающий реагент, и полностью остановили процесс.

На выходе из ядерного зала, Джелина приняла обычный вид. Она почти полностью остыла, когда нашла куртку, быстренько прикрылась ей, не надевая, и встала в углу. Вскоре подошли Зоя и Сергей, выскочившие за Борисом в последний момент, чтобы стать невольными свидетелями деяния попутчицы. Володя же остался в кабинете Старица над ядерным залом, не поверив в то, что увидел собственными глазам. Он потом ещё долго стороной обходил Джелину, опасаясь, даже соприкоснуться с ней.

Зоя принесла девушке одежду и выгнала Сергея, уставившегося в угол, где укрывшись за курточкой, спряталось очаровавшее его создание. Разговаривать Джелина не могла, она всё ещё пыталась понять, что же произошло. Невероятная усталость одолела её, поэтому одевшись, она сразу поднялась обратно на борт «Гремучего», сопровождаемая беспокойными взглядами ошарашенных людей. Она спустилась в каюту и упала на койку, проспав до следующих суток.

Борис поставил танк на разбитой взрывами плазмы площади, единственном месте, где он не мешал бы другой технике расчищать завалы. Но первые сутки никто не убирал улицы, воздух был слишком токсичен. Инженеры перекрыли подачу кислорода, чтобы остановить распространение пожара и быстрее потушить ещё тлевшие постройки. Выжившие укрылись в сохранивших герметичных тоннелях.

Проснуться оказалось тяжело, но голод, жажда и невероятная сухость кожи заставили Джелину подняться. Мышцы и кости сковывала непреодолимая боль, словно тысячи тончайших иголок прошили тело насквозь, приковав к постели. Собрав силы, она всё же встала, чтобы потом, снова упасть и примерно только через час наконец-таки выбраться из каюты.

У подъёмника Сергей наткнулся на Джелину, плечом упёршуюся в металлическую решётку. Вновь обессилив, она медленно сползала по ней. Он тут же подхватил её и отнёс в медотсек. Зоя поставила диагноз - сильнейшее обезвоживание организма. Оставалось только догадываться, как после такого метаморфоза девушка вообще выжила, не говоря уже о том, что самостоятельно смогла подняться в каюту. Но они позаботились о ней, и уже через несколько часов она покинула «Гремучий».

Пара солдат в броне сидела на ступенях перед разрушенной лавкой, бросив под ноги винтовки. Они даже не разговаривали, а тупо смотрели по сторонам или в одну точку, пытаясь забыть о пережитом насилии. На ярусе выше, люди заканчивали тушить пламя, подступившее вплотную к каменному мосту через пропасть, разделяющую противоположные части огромного грота. В восточной части города в переполненный госпиталь, организованный в тоннеле между жилой зоной и ремонтным цехом, перенесли тяжело пострадавших. Легкораненые добирались туда своим ходом, чтобы потом часами сидеть в очереди на первую помощь. Хирург с лазерным скальпелем, перед настилом из сложенных контейнеров, отгороженный ширмой от прочих лежанок, проводил операцию на проломленном черепе подростка, обливаясь холодным потом, среди стонов и просьб о помощи. Погибших укладывали вдоль стенок тоннелей, пытаясь хотя бы оборванным куском ткани прикрыть всегда почти обожжённые, а порой изрубленные лица. Позже специальная машина с двумя дронами в сопровождении проехала по улицам. Роботы подбирали тела и увозили их в похоронные пещеры за городскими тоннелями, где толпы народа оплакивали убитых.