Книга Становление. Том 1. Тропа охотника, страница 112 – Семён Нестеров

Диего неодобрительно на меня посмотрел:

— Что-то ты слишком расщедрился, приятель. Решил заняться благотворительностью?

— Это не благотворительность. Я думаю, что у меня будет для него небольшая работа взамен.

— Что ж, это лучше, чем ходить голодным и безоружным, — пожал плечами Лестер, — что от меня требуется?

— Ничего сложного или особенного, кое-в-чём помочь. Я думаю, мы можем обсудить это чуть позже, а пока подожди меня здесь.

Диего занялся своими делами, а я сходил в замок и принёс всё, что обещал. Лестер жадно набросился на еду, похоже, он уже пару недель жил впроголодь. С дубиной на поясе он стал выглядеть немножко внушительней, хотя из-за своей худобы всё равно казался лёгкой добычей для вымогателей.

— Тебе бы не мешало помыться и переодеться, — сказал я.

— Где же мне взять новую одежду? Да и зачем?

— Сейчас ты слишком выделяешься из толпы и потому привлекаешь внимание, а это может создать множество проблем. Самое лучшее — это штаны рудокопа, в них ты бы выглядел неприметно. Но пока у тебя на них не хватит руды. Так что просто иди помойся в реке и приведи себя в порядок. Только будь осторожней, не нарвись на шныгов или шершней. Лучше не отходи далеко от моста. Потом походи по лагерю, осмотрись, познакомься с рудокопами. К стражникам лучше не приставай с лишними вопросами — не все такие терпеливые, как я. Если будут вымогать деньги за защиту, скажи, что заплатишь потом, после первой смены в шахте.

— Значит мне всё же придётся отправиться в шахту?

— Не знаю, как пожелаешь. Главное отвязаться от стражников, иначе будут проблемы. А без руды ты тут не выживешь. Или будешь пахать в шахте, или найдёшь себе какую-то иную работу. В общем, думай сам. А когда ты мне понадобишься, я сам найду тебя.

— Хорошо, ещё раз спасибо за помощь. Но я даже не знаю, как тебя зовут.

Лестер был едва ли не первым человеком в колонии, кто спросил моё имя. Я даже не знал, что ответить. Имя, которое мне дала мать, я почти никогда не использовал, так уж повелось. Она называла меня ласково «Мильти». Когда же мать умерла, и я поступил на обучение к Босперу, он кликал меня не иначе как «эй ты!» или «малой». Другие тоже звали меня «младший», так как я был самым молодым из учеников охотника. Прозвище закрепилось и несколько лет меня так и называли. В колонии я решил избавиться от этой клички, она была мне уже не к лицу.

Друзей у меня почти не было, настоящее моё имя знали, пожалуй, только Диего и Горн, а остальные называли в основном «охотник» или «лучник», потому что я был, наверно, единственным стражником, который ходил с луком, а не с арбалетом, и промышлял охотой, а не вымогательством. На каторге не было никаких документов или удостоверений. Каждый мог сам придумать себе имя, или даже несколько, и нельзя было проверить настоящее ли оно. Многие и вовсе звались бандитскими прозвищами, например, «шакал», «скорпион», «кровавый», «ловкач», «волк», «хитрец», «скряга» и тому подобные. Хотя некоторых, всё же называли и нормальными именами, как того же Диего. Но если человек не был известен и влиятелен, его имя никому не было интересно. В болотном Братстве при высшем посвящении давали новые имена, которые им диктовал Спящий. Именно поэтому ближние соратники Юбериона звались так странно, ведь чего только не придёт в голову в наркотическом бреду. Впрочем, обычных послушников это не касалось, и они сохраняли клички, какие им вздумается.