Книга Когти Тьмы, страница 138 – Семён Нестеров

Магистр Пирокар, закончив финальную, особенно мощную часть молитвы, почти дословно повторявшую древнюю Клятву Огня, жестом отпустил братию. Белые и алые одежды зашелестели, заполняя зал мягким гулом шагов. Но трое магистров на своих каменных тронах за алтарем не двинулись с места. Их взгляды, тяжёлые и проницательные, были прикованы к Мильтену.

И когда зал опустел, Пирокар кивнул ему.

— Подойди, брат Мильтен. Мы готовы слушать.

И он начал рассказ. Спокойно, размеренно, подавляя остатки внутренней дрожи. Он говорил о том, как до конца исполнял свой долг, как помог паладинам добраться до замка, как их худшие опасения подтвердились. Он описывал пробудившиеся силы Белиара, упомянул о личной встрече с древним злом — драконами, чьи тени нависали над долиной. Голос его не дрогнул, когда он сообщил о тяжелых потерях среди паладинов, об осаде орков, о перекрытом орками пути в Минненталь и о полной невозможности возобновить добычу магической руды в нужных королю объёмах.

— Мы смогли добыть лишь несколько ящиков, — заключил он, констатируя горький факт. — Это меньше самых пессимистичных прогнозов. И даже это невозможно доставить не то что в порт, но даже сложно пронести в сам замок. Осада продолжается. Первоначальный план провалился, достопочтенные магистры. Его необходимо срочно менять. Нужны значительные подкрепления. Именно поэтому я вернулся.

Пирокар приоткрыл рот, чтобы задать вопрос, его брови сдвинулись в глубокой задумчивости. Но в этот миг оглушительный грохот разорвал монастырскую тишину.

Звук был похож на удар гигантского молота по наковальне, но при этом сопровождался яростным шипением и свистом раскаленного воздуха — этот звук легко узнавал любой маг огня. Своды церкви как будто бы даже дрогнули, с люстр посыпалась пыль. Магистры, нарушив вековое спокойствие, разом вскочили со своих тронов.

Прежде чем кто-либо успел что-то понять, в распахнутые двери зала ворвалась фигура, появление которой здесь было столь же немыслимо, как явление призрака средь бела дня. Это был магистр Таламон. Старый, седой, как лунь, хранитель артефактов и библиотеки, которого последний раз видели на поверхности земли многие месяцы назад. Его лицо, обычно бледное и безмятежное, было багровым от ужаса и нечеловеческого усилия. Он бежал, спотыкаясь, его глаза были выпучены.

— Украден! — его голос, обычно тихий и мерный, вырвался хриплым, надорванным визгом, от которого кровь стыла в жилах. Он вбежал в центр зала и, задыхаясь, выкрикнул слова, повергшие всех в оцепенение: — Глаз Инноса! Украден!

Величественный зал поглотила абсолютная, зловещая тишина. Спокойствие, которое всего минуту назад казалось незыблемым, было взорвано, как хрупкое стекло. Мильтен почувствовал, как по его спине пробежал ледяной холод. Его доклад, драконы, орки, руда — всё это в одно мгновение стало мелочью, детским лепетом на фоне катастрофы, которая только что обрушилась на них. Только увидев реакцию умудрённого опытом старого магистра можно было в полной мере осознать, что значит эта реликвия для ордена.

Хаос во дворе монастыря был оглушающим, но, как ни странно после такого взрыва, локальным. Мощный магический выброс, устроенный магистром Таламоном в праведном гневе, вывернул наружу лишь массивные въездные ворота, оставив стены почти нетронутыми. Каменная пыль медленно оседала на аккуратные грядки, припорошив розы и виноград серой пеплом. Несколько магов уже были за пределами монастыря, вглядываясь в даль с пылающими руками. Один из них, самый молодой, швырнул в пустоту озера последний огненный шар, который, пролетев над водой, бессильно погас, подняв облако пара. Остальные уже опустили руки, понимая тщетность этого обстрела.