Книга Маг-хранитель, страница 41 – Владислав Русанов

С полмесяца тому назад эта история изрядно всколыхнула медиа-пространство, вызвав бурю возмущения как со стороны Украины, так и в кругах либерально настроенной интеллигенции Российской Федерации. Чего только стоили заголовки: «В Донецке боевики захватили здание Союза писателей!» или «У донецких террористов будет своя писательская организация!» Тогда Денис немало посмеялся, листая странички в интернете и вот, наконец-то, случай привёл его в святая святых – логово писателей-сепаратистов.

На первый взгляд комната не казалась какой-то особенной, не вызывала трепета и восхищения. Бедненько, но чистенько, как говорится. Старые желтоватые обои и панели под дерево. Линолеум, кое-где протоптанный до дыр. Видавшая виды мебель. Шкафы с книгами, где нашли место труды донбасских литераторов, начиная с первой половины двадцатого века и до наших дней. Если не знать заранее, то и не отличишь от офиса небогатой фирмы.

Именно так видели Союз писателей Донецкой Народной Республики многочисленные посетители и кандидаты на вступление, которых, как пожаловался Вайс, неожиданно для учредителей творческой организации, оказалось неисчислимое множество. Но если прибегнуть к истинному зрению – Денису это удалось довольно легко, благодаря подарку Ивана Порфирьевича, – то вместо белых жалюзи появлялись тяжёлые бордовые портьеры, стол являл не только плавное благородство очертаний, но и инкрустацию перламутром, кресла приобретали бархатную обивку, а среди книг можно было обнаружить переплёты из телячьей кожи с золотым тиснением. Не изменился только сам маг-хранитель – вальяжный, похожий на дореволюционного профессора в своём строгом пиджаке и белоснежной сорочке с шёлковым шейным платком.

Утром, прощаясь с Денисом, Иван Порфирьевич строго-настрого наказал обязательно встретиться с Вайсом и пересказать ему сны о странном мире, населённом игвами. Особенно, что касалось появления зыбкой туши, вселявшей ужас в обитателей Друккарга. Этим загадочным словом назывался шрастр Российской метакультуры, одного из слоёв брамфатуры нашей Вселенной, то есть Энрофа. Кстати, что такое шрастры Денис так до конца и не понял, хотя запомнил пояснение – это какое-то иномировое пространство, тем или иным образом связанное с нашим материальным миром. Не самое лучшее место для прогулок даже во сне.

Но маги-хранители Донецка, как сказал Учитель, должны знать о возмущениях, происходящих в шрастрах. В особенности о всяких разных гигантских тушах, которые там появляются. Денис сразу заподозрил, что это не к добру. Иначе слепой старик не говорил бы так сурово и веско, роняя слова, словно куски отрубленного от пласта антрацита.

Улыбающийся Дрон оседлал свой чоппер, гостеприимным жестом позвал Дениса занять место позади. Они снова помчались по сумеречным улицам, но на этот раз поднимающееся солнце, пробиваясь сквозь осеннюю стылую мглу, всё сильнее и сильнее освещало Донецк. Судя по всему, ночью они уехали довольно далеко от посёлка, где Денис бегал наперегонки с раруггом – совсем другой конец города. Кировский или Петровский районы. Точнее парень не мог сказать, поскольку никогда в жизни не забирался в эти края настолько далеко – просто не возникало необходимости. Но он узнал рынок «Сокол»… Точнее, прочитал большую надпись, выполненную причудливыми красными буквами. Значит, они проезжали микрорайон, называемый в народе Текстильщиком. Здесь когда-то стояла камвольно-прядильная фабрика, но за годы дикого капитализма на Украине её сумели полностью уничтожить. Дальше – площадь Свободы с памятником борцам за советскую власть, состоящим из двух ростовых фигур представителей восставшего пролетариата, которую местные жители ехидно называли: «Двое ищут третьего». Потом уж после института восстановительной и неотложной хирургии замелькали знакомые места. «Золотое кольцо» – торгово-развлекательный центр около Южного автовокзала, проспект павших Коммунаров, Мушкетовское кладбище, посёлок шахты Заперевальная, где и происходила вчерашняя гонка на выживание, ставок с загадочным названием Молочка и, наконец, родной дом.