Книга Сердце менестреля, страница 32 – Владислав Русанов

— Ах, из гвардии?

— Ланс! Не вздумай выяснять отношения! Дай им жить. Ладно, я готов признать, что ты влюбился. Седина в бороду – бес в ребро. Перетерпи. Отвлекись. Придумай что-нибудь, ты же гениальный менестрель. Лучший в двенадцати державах!

— Я пытался отвлечься. Я пытался что-нибудь придумать. Ничего не вышло… Вина больше не осталось?

— Не осталось! И вообще, тебе хватит на сегодня. Не хватало, чтобы тебя арестовали за пьяный дебош, а потом опознали в караулке городской стражи. Проследишь за ним, Регнар.

— Я, конечно, попытаюсь… – нерешительно протянул маг-музыкант.

— Не попытаешься, а проследишь, чтобы он лег в постель живым и здоровым. И по возможности трезвым. Ясно?

— Ясно.

— Эй, друзья, – покачал головой альт Грегор. – Я, по-вашему, несмышленыш или совсем бесправный?

— Ты не бесправный, – нацелил на него указательный палец Коэл. – Ты безумный. Понимаю, что от благородного чувства, от любви, но нам от этого не легче. Переночуешь… Лучше всего у Регнара в гостинице. Тебе же не привыкать на полу спать?

— Ничего. Я выносливый.

— Вот и хорошо. А завтра убирайся прочь из Аркайла. И как можно дальше. Сражайся. Пусти с кевинальцами кровь Трагере. Режь с трагерцами кевинальцев. Наймись в Унсалу – ходят слухи, что войны с Браккарой им не избежать. Думаю, браккарцев тебе будет убивать особенно приятно. Война, веселье, маркитантки! Тебе должно понравиться. Раньше ведь нравилось…

— Ты прав, друг, – кивнул альт Грегор. – Я уеду. Уеду далеко. Но вначале я должен ее увидеть. Иначе для чего я отпрашивался у Жерона?

— Наша песня хороша, начинай с начала! – звучно стукнул кулаком о ладонь альт Террил. – Чего ты хочешь? Не может быть, чтобы такой старый дуралей, как ты, просто хотел увидеть девушку. Увидеть и успокоиться. Ты хочешь говорить с ней? Добиться взаимности?

— Об этом я даже не мечтаю. Хотя…

— Ну вот! Я так и знал. Кто тебе дал право лезть в жизнь Реналлы, ее мужа, их родителей, их Домов?

— Не знаю… Я надеялся…

— На взаимность?

— Ну да.

— Я так и знал! Какое самомнение! Регнар, музыканты все такие?

Маг пожал плечами.

— Но она говорила со мной, – возразил Ланс. – Просила меня не умирать. Сказала, что не только музыка…

— Ах, не только музыка?! Ах, он расчувствовался, решив, что седая борода еще может нравиться юным красавицам?! – Коэл сжал кулаки. – Самовлюбленный болван! Ты знаешь, что это я просил ее прийти к тебе в ту ночь и уговорить, чтобы один заносчивый, самолюбивый, безмозглый менестрель согласился на дуэль до первой крови.

Альт Террил развернулся и с размаха ударил кулаком в стену. Задрожали миски и чашки, составленные на полке.

Ланс вопреки ожиданиям напрягшегося Регнара не вскочил, не схватился за шпагу, не бросился на Коэла с голыми руками. Он сидел, выпрямив спину, будто проглотил кол, и невидящим взором буравил догорающие угли очага. Только желваки ходили на щеках и раздувались ноздри.

— Прости, друг, я не хотел этого говорить. – Коэл прижался лбом к стене. – Я не должен был этого говорить. Пойми, я хотел, чтобы ссора с сыном посланника окончилась мирно, я не хотел опалы для тебя и заочного смертного приговора.

— Я приговорен в трех державах из двенадцати, – бесцветным голосом произнес Ланс. – Державой больше, державой меньше… Какое это имеет значение?