Книга Дети Богов и Воинов, страница 137 – Шона Лоулес

— Да, Сванхильда? – Я знала ее имя: она торговала на рынке одеялами и шерстяной одеждой. Сама я предпочитала более качественные товары, но Гита раньше покупала у Сванхильды туники для детей-рабов.

Она нервно улыбнулась:

— Я привела мою дочь Асфрид. Она хочет к вам обратиться.

Она подтолкнула вперед девочку годов четырнадцати на вид. Ее руки тряслись, губы дрожали, а сама она едва могла оторвать взгляд от пола. Голова Асфрид была замотана в плотный шарф, а ее пальцы с такой силой впивались в ткань сарафана, что лямки рвались на плечах. Я уже встречала ее на рынке: рослая, с длинными соломенно-желтыми волосами – настоящая скандинавская красавица.

— С чем пожаловала, Асфрид?

Девочка уставилась на мать. Сванхильда приобняла дочь за плечи и ободряюще ей кивнула. Тяжело вздохнув, Асфрид размотала шарф.

В зале послышались изумленные вздохи. Кто-то обрезал волосы девочки, превратив ее достояние в мальчишескую прическу: во все стороны торчали короткие неровные клоки, а редкие длинные пряди доходили лишь до плеч. Ее лоб и шею усеивали крупные свежие синяки и царапины.

— Кто это сделал, дитя? – Я наклонилась вперед.

— Прошлой ночью, пока мама навещала тетушку, на меня в моем собственном доме напал мужчина. Он надел маску, но я уверена, что это Ульф Бодварссон.

Я нашла взглядом Ульфа и его семью: все они сверлили Асфрид пристальными взглядами.

— Почему ты так считаешь? – спросила я.

— Потому что он ревновал меня к жениху, – промямлила девочка. – Прошлой весной Ульф предложил выйти за него и обозлился, когда я отказала.

Сванхильда кивнула:

— Два месяца назад я подобрала Асфрид отличную пару: Конхобар, двоюродный брат короля Туахала из клана О’Муиредег. У нашей семьи нет благородной родословной или великих богатств, но красота Асфрид покорила его сердце. – Она стиснула зубы. – А когда Туахал навестил Асфрид утром, чтобы обсудить свадебную церемонию… Увидев, как над ней надругались, он отказался жениться.

— И неудивительно. – Я взглянула на несчастную девочку, стоящую перед троном. – Я и сама благородная ирландка, поэтому прекрасно знаю, как наши мужчины ценят длинные волосы. Они называют их нашим главным достоянием, а теперь Асфрид лишилась своего.

Сванхильда кивнула:

— Именно поэтому мы требуем, чтобы Ульф возместил ущерб за обрезанные волосы Асфрид и выплатил потерянный выкуп за невесту.

Как я и ожидала, Ульф рассердился, едва заслышав об этих условиях. За сорванный брак между скандинавской девушкой и ирландским принцем полагался немалый штраф даже по меркам преуспевающего купца. Более того, ирландский закон считал обрезание волос женщины без ее согласия одним из тяжелейших преступлений, и Ульфа ждут серьезные последствия, если я сочту его виновным.

Я вновь погладила ложбинку в поручне трона.

— Что скажешь, Ульф? Ты сознаешься?

Он покачал головой:

— Я бы никогда не совершил ничего подобного.

— Где ты провел прошлую ночь?

— Дома, с матерью и десятью детьми.

— Было поздно, – вмешалась Асфрид. – Наверняка они уже уснули, когда ты выскользнул из дома.

Мать Ульфа, Улли, тут же вскричала, что не смыкала глаз, пока в очаге не затухли последние угли, а Сванхильда в ответ припомнила, что во время королевских пиров Улли не раз засыпала прямо за столом. Пока они переругивались и вопили друг на друга, я изучала Ульфа. Он ничего не кричал. Не произносил ни звука.