Книга Дети Богов и Воинов, страница 152 – Шона Лоулес

Он кивнул:

— Как и сказал Шехналл, монастыри почти никто не защищал. Да и Доннаха оказался именно там, где мы поджидали. Повезло: он ехал впереди своего войска, и сражаться пришлось с сотней врагов, а не с четырьмя. Харальд лично сразил пятнадцать человек.

Я взглянула на войско брата. Лицо Доннахи перепачкалось в крови и грязи. Я догадалась, что пленить его стоило труда.

— А что же Малморда? Сколько воинов потерял он?

Ситрик провел языком по зубам:

— Взять Доннаху в плен оказалось сложнее, чем предполагал дядя, но викинги Дублина исполнили свой долг. Правда, пришлось поскорее отступить, пока нас не нагнало остальное войско Доннахи. – Он нахмурился и перевел взгляд на пленника, рухнувшего на колени, как только лошади остановились. – Я не понимаю, почему Малморда не убил старого короля прямо на поле боя.

Сын уже не выглядел таким радостным, как во время торжественной встречи. Я посмотрела на викингов, сопровождающих его, и увидела, что в Дублин вернулись далеко не все наши воины.

— Это того стоило, – заверила я, схватив его за руку. – Теперь Малморда займет ленстерский трон, и остановить два ваших войска не сможет никакой враг.

— Это какой же? Мы подданные верховного короля Шехналла. Я потерял воинов, помогая дяде, а не себе.

— Подожди еще чуть-чуть, – успокаивающе сказала я. – Тебе осталось лишь одолеть Бриана Бору в грядущей битве, и ваш уговор будет выполнен. Тогда ты сам сможешь стать занозой в боку Шехналла. Подписав мирное соглашение, он лишился прошлой неуязвимости. Его могуществу приходит конец.

Ситрик фыркнул, но мои слова явно его успокоили. В конце концов, он сам на это пошел, прекрасно понимая, во что ввязывается. Разумеется, с гибелью людей из собственной дружины смириться нелегко, и сегодня он впервые познал горечь этой утраты. Во время осады Дублина войском Шехналла мы потеряли обычных рабов, которых Ситрик не знал лично – в отличие от воинов, ушедших биться против Доннахи.

— Думаешь, Бриан заглотит наживку? – спросила я, и Ситрик кивнул.

— Мы оставили в живых одного из воинов Доннахи, чтобы тот рассказал, кто пленил короля. Если клятвы, принесенные на заключении мирного договора, не пустой звук для Бриана, ему придется поспешить на выручку. Шехналл считает, что он осадит Дублин.

Я вновь заключила сына в объятия:

— Я так рада, что ты дома.

Ситрик ненадолго расслабился и прижался усталым телом к моему плечу.

— Довольно о войне. Где Онгвен?

— Пойдем в чертоги и поговорим с глазу на глаз.

Его мышцы вновь напряглись, и он отстранился:

— Где она?

— Она покинула город. – Я погладила сына по щеке, по-прежнему запятнанной грязью и кровью. – Мы считаем, что она подкупила братьев Харальдссонов, чтобы те отвезли ее домой в Корнуолл. Вместе с ней исчезли медвежья мантия Глуниарна и драгоценности, которыми ты ее одарил. Я же говорила, что ей нельзя доверять.

Ситрик побледнел, стиснув зубы:

— Ты уверена? Кто-то мог взять ее в…

— Нет. Есть свидетели, что она сбежала из Дублина. Спроси Фалька, если не веришь мне. Неблагодарная девица, каких свет не видывал. По крайней мере, она не потащила с собой Эдизию.

Я ждала ответа, но сын лишь молча взирал на королевские чертоги. Когда он заговорил вновь, в его глазах сверкали слезы.

— Ты ее чем-то обидела?