Книга Дети Богов и Воинов, страница 194 – Шона Лоулес

Выходя за Амлафа, я воображала, что самая страшная часть замужества – прикосновения мужчины. Однако быстро осознала, что испытания на мою долю будут выпадать не только по ночам. Мне приходилось приглядывать за его младшими дочерьми, устраивать пиры, держать рабов в ежовых рукавицах. Всегда быть там, где на меня могли глазеть сам король или его воины. Я быстро поняла, что меня привезли в Дублин в качестве украшения. Я стала еще одним прекрасным трофеем Амлафа. Украшения не имеют ни желаний, ни права голоса, и он ждал того же самого от меня. Станет ли Бриан таким же мужем? Я полагала, что да. Впрочем, нужно подождать всего два года… Два года, и я сбегу. Обрету свободу.

Он вошел в меня без лишней грубости, но не утруждая себя и нежностью. Отчего-то так оказалось легче. Холодные голубые глаза смотрели не то на подушку, не то на мои кудри. Глядя на его радужки, я невольно подумала о другом голубоглазом воине – столь же холодном, что и Бриан. Его кожу усеивали татуировки драконов, а его мысли занимали лишь месть и честолюбие. Он нарушил клятву, оставил Дублин без защиты, и бросил меня одну. Я не вспоминала о нем с тех самых пор, как он покинул нашу гавань, а теперь не могла перестать о нем думать и мечтать, чтобы на мне в эту минуту оказался он, а не Бриан.

Я отвернулась и полностью отдалась образу Олафа, который в седьмом поту чинит свой корабль

Хранить молчание стало куда сложнее.

— Готова, Гормлат? – Малморда прислонился к косяку и сдержанно улыбнулся мне. – Фригга сказала, что закончила собирать твои вещи.

Я не двинулась с места. Я прекрасно знала, что она уже закончила. Фригга быстро побросала мои вещи в сумку и разве что сощурилась при виде знакомого золотого ожерелья, когда складывала украшения. Я и без брата понимала, что на площади меня ждут воины Манстера. Верный слову, Бриан и не собирался задерживаться на свадебных торжествах. Зимой солнце светит недолго, а путь до Манстера неблизкий.

— Чтобы стать верховным королем, тебе сначала придется убить Бриана, верно?

Малморда кивнул:

— И Шехналла тоже.

— Вот и славно. – Я ненавидела обоих: Шехналла – за высокомерие, Бриана – за ханжество. Оба считали меня всего лишь трофеем. – Пусть им будет больно.

Брат рассмеялся:

— Я заглянул, чтобы поднять тебе настроение, и, кажется, мне это удалось. – Он присел на кровать и потащил меня за собой. – Пусть эта ненависть теплится внутри тебя. Пусть они тебя полюбят. Пусть расскажут тебе все. Обещаю, что однажды я причиню им настоящие страдания.

Он раскрыл ладонь, и по его коже быстро пробежал танцующий огонек.

Я кивнула и поднялась. Бессмысленно оттягивать расставание с Дублином.

Мы с Малмордой вышли на улицу, где ждали воины Манстера. Их повозки прогибались под нашими мехами, мечами и драгоценностями. Они неплохо поживились за наш счет. На площади стоял и Шехналл. Поскольку он явился только под конец сражения, ему не досталось никакой добычи. Увидев его, я чуть не засмеялась: теперь-то он понял, насколько просчитался. Шехналл вел себя слишком нетерпеливо, слишком нерешительно, слишком поспешно – и ему это дорого обошлось. На церемонии обмена клятвами верховные короли Леа Куинн и Леа Мога были равны. Теперь же один из них получил преимущество, которое только росло с каждым днем.