Книга Видящая во снах, страница 98 – Ольга Которова

Незнакомец перевел взгляд на пожилую женщину, лежащую на земле. Только сейчас Оля заметила стоящее рядом с той инвалидное кресло.

— Спасти? – девушке было трудно говорить, но перед смертью она хотела узнать, почему умрет. Ради чего эта жертва.

— У нее рак, и осталось жить несколько месяцев. Таня страдает давно, я даже перестал уже вести счет дням. И постоянно слышать крики боли и просыпаться по ночам оттого, что не чувствую больше ее сердцебиения, я устал. Но сегодня все закончится, – мужчина поднял голову к небу. – Пора.

Неужели сейчас и правда все и закончится? Неужели Оля больше не увидит дедушку?

А потом пришла странная мысль: как лучше умереть – от руки убийцы, с помощью ее дара желающего спасти свою жену, или от родов дочери? И Оля перестала бояться смерти. Другая, вероятно, в такой ситуации умоляла бы и просила о пощаде, а ей, кажется, все равно. Единственное, о чем она жалела, что так и не попрощалась с дедушкой.

Мужчина подошел к сумке, лежащей возле сосны, и принялся доставать какие-то стеклянные банки с жидкостями. Оля не сразу разглядела их содержимое. Только когда он стал расставлять банки на широкий ритуальный камень, увидела органы и тут же вспомнила об умерших девушках.

Поставив пятую банку в ногах Оли, мужчина достал нож и наклонился над Кристиной. Та лежала с открытыми глазами и смотрела в небо. Можно подумать, что девушка спокойна, но реальность оказалась намного страшнее. Ее тело тоже было парализовано, правда, в отличие от Оли, она не могла не только двигаться, но и говорить.

Незнакомец присел на корточки и легко открыл рот девушки. Зажимом вытянул ее язык наружу. Оля отвернулась и зажмурилась так сильно, что заболели веки. И уже приготовилась услышать мычание Кристины от боли, но тут раздался треск веток, а затем послышался до боли знакомый голос:

— Отпустите девушку и отойдите от нее. Иначе я вынужден стрелять.

Оля распахнула глаза и увидела Скоблева, стоящего буквально в нескольких шагах от ритуального камня.

От неожиданности мужчина в балахоне вскинул голову и выронил языкодержатель. Затем проворно вскочил и в одно мгновение оказался за головой Оли. Кожи коснулось что-то прохладное, и она почувствовала скатившуюся по шее горячую струйку крови.

— Юрий Никифорович, не глупите. Отпустите девушку.

Маслеников хмыкнул и откинул капюшон, показывая лицо. Все равно уже нет смысла прятаться. Но Олю так и не отпустил.

— Не могу, Роман Русланович. Я должен помочь своей жене, – мужчина снова посмотрел на небо, а потом проговорил, осматриваясь, – время уходит. Где ваш коллега?

— Какой коллега?

— Не делайте из меня идиота! Морозов точно где-то рядом. Он же, будто собачонка, повсюду за вами бегает и выполняет приказы.

— Его нет. Я здесь один.

— Или он выйдет, или перережу ей глотку.

Рома с сочувствием посмотрел на Олю и махнул свободной рукой. Из-за соседнего дерева показался безоружный Леня. Парень подошел к Скоблеву, и мужчины переглянулись.

— А теперь бросьте пистолет к камню, вон там возьмите веревку и привяжите Леонида к дереву, – приказал Маслеников.

— Не глупите, Юрий Никифорович, – спокойно ответил Рома. Стрелять не вариант. Вдруг, когда прозвучит оглушающий выстрел, Маслеников в последний момент все же успеет дернуть скальпелем? А такого Скоблев не мог допустить.