Книга Графство Дюбуа, страница 20 – Ольга Которова

Иван Борисович достал с самого низа листы, сшитые обычными швейными нитками. Они выглядели обглоданными, даже виднелся темный след от кружки. Оля протянула руку и заметила, как дрожат пальцы. Опустив глаза на текст, написанный мелким убористым почерком, попробовала вчитаться, но не разобрала ни одной буквы.

— Ничего не понимаю.

— Поверьте, у меня было такое же выражение лица, когда я начал изучать дневник. Потребовалось больше недели, чтобы расшифровать, – мужчина откашлялся и принялся читать с листа, вытащенного из той же папки: – «Сейчас в лазарете находятся четверо молодых мужчин. Никто не знает, что с ними случилось. После зимнего бала в поместье Дюбуа они вернулись домой и легли спать, а утром их поймали в лесу. Молодые люди сопротивлялись, но все же удалось дать им успокоительное. Лекарство подействовало ненадолго, пришлось привязать пациентов к кровати цепями, ибо веревки они пытались перегрызть. У молодых людей отмечается агрессия, ярость и тяга к убийствам. Они постоянно твердят, что им нужно кого-то спасти. И больше не говорят ничего. Даже не помнят своих имен», – Иван Борисович замолчал и перевернул страницу. – А эта запись я так понимаю, сделана спустя сутки, – мужчина указал на следующий исписанный лист. – «Сегодня скончался один из пойманных парней. Ночью, пока дежурная медсестра спала, он отгрыз себе руку и умер от потери крови. Теперь их осталось трое».

Иван Борисович замолчал.

— Все? – спросила девушка.

— Да. Больше документов не нашлось.

— То есть за сто лет до случившейся на глазах вашей бабушки трагедии это уже происходило?

— Получается, да, – пожал плечами смотритель.

Оля ненадолго задумалась. Потом нашла дату выхода газеты, достала телефон, что-то посчитала на калькуляторе и подняла глаза на Ивана Борисовича.

— Это повторяется каждые сто лет, – чуть слышно пробормотала она. – И очередные сто лет в этом году.

В кабинете повисла тишина. Оля снова перевела взгляд на рукопись и сглотнула. Куда она опять вляпалась? Неужели сойдет с ума, как те парни, и начнет убивать? Хотя…

— Иван Борисович, не знаете, в городе снова начали происходить убийства? Ведь сходят с ума молодые мужчины, побывавшие в поместье. А там сейчас, кроме нас с графиней, никто не живет. Приходят два раза в неделю только повар и уборщица, и все. Конечно, если не считать еще одной сиделки, которая меня подменяет в выходной.

Работник музея задумчиво посмотрел на Олю и потер подбородок.

— Никакие празднества не планируются? – уточнил он.

— Нет. Вообще, по словам графини, последний раз особняк видел скопление народа тридцать лет назад. Интересно, сходят с ума парни, а я почему-то видела призрак девушки. И голос слышу женский.

— Голос? – ухватился за слово мужчина. Оля мгновенно укорила себя за длинный язык.

— Да, – нехотя кивнула, поморщившись. – Недавно я стала слышать голос, умоляющий спасти. Это случилось после того как увидела в окне дома призрак.

— Спасти-и-и? – протянул Иван Борисович. – О спасении твердили и те парни.

Оле показалось, что мужчина немного отклонился назад, подальше от нее. И она его прекрасно понимала.

— Не волнуйтесь, с ума не схожу, и желания убивать нет, – успокоила, хотя от этих мыслей стало не по себе.

— Хорошо, – отозвался мужчина с облегчением.