Книга Графство Дюбуа, страница 86 – Ольга Которова

— Да что б ты понимала, девчонка! Ты не представляешь, сколько мне пришлось пройти и чем заплатить, чтобы жить вечно!

— На вашем счету десятки погибших девушек.

— Плевать на этих безродных созданий! Отец ненавидел свою жену и меня привез сюда, в настоящую дыру, в надежде на лучшую жизнь. Бедная моя мама! Сколько она натерпелась издевательств! Он же большинство служанок в нашем доме оприходовал, частенько брал их силой. Ему все сходило с рук. В принципе, и сейчас не многое в мире изменилось: если у тебя есть деньги, то ты всемогущ, а если нет, то ты никто. И находящиеся здесь, в этой комнате, прекрасно меня понимают. Отец против воли заключил брачный контракт с одним из столичных графов. К счастью, мой муж оказался хорошим человеком, я даже его полюбила. Но, увы, не смог дать то, что я хотела.

— И что же вы хотели?

— Свободы! Все решать самой! Но, к сожалению, раньше женщины, пусть даже имеющие титул и деньги, всегда оставались никем. Мужчины – вот кто правил миром. А мы для них являлись лишь красивыми игрушками. На одном из приемов я познакомилась с человеком, назвавшимся колдуном. Естественно, я не поверила, но он доказал. И убедил в возможности стать свободной. Только предупредил, что свобода дается нелегко, и нужно отдать самое ценное, что у меня есть, – графиня замолчала, а Оля пораженно вдохнула:

— Детей!

— Да. Муж и дети – вот драгоценность, которую я променяла на бессмертие. Пришлось принести в дар самое важное и забрать жизнь у врага, своего отца. А затем объединить душу с дорогим сердцу местом. И местом, как бы прозаично ни звучало, стал этот дом. Здесь, в одной из стен, захоронены мои муж и сын с дочкой.

— И не жалели? – поинтересовалась Оля.

Пока графиня рассказывала, девушка пыталась высвободить руки. Причем Захар точно чувствовал и понимал, что она творит, но не выдавал, отчего Оля была ему безмерно благодарна.

— Если только первое время. Но потом все изменилось. Я делала что хотела и быстро вычеркнула из памяти прошлое. Ты не представляешь, каково это, девочка.

— Ценой самых дорогих и любимых.

— Тебе не понять.

— Куда мне до вас.

Графиня зарычала, и Оля даже подумала, что она вот-вот накинется на нее. Но Августа только вскинула руку, приказывая жертве замолчать, и обратилась к стоящим рядом:

— Помогите лечь. Пора начинать.

Эти же двое, мгновенно подчинившись приказу, уложили графиню на металлический стол. А потом, низко склонив головы, отошли на свои места в лучах пентаграммы.

По ритуальной комнате пронесся шепот, и Оля вздрогнула. Позади нее Захар тоже шептал, только она не понимала слов на неизвестном языке.

Вскоре шепот перерос в гортанную песню. В комнате стало жарко и практически нечем дышать, Оля даже не заметила, в какой момент это произошло. Огоньки зажженных свечей затрепетали и, казалось, начали расти.

Что делать, Оля не знала. Руки давно уже освобождены, и можно было бежать, но вряд ли получится дойти хотя бы до лестницы. Здесь трое сильных мужчин, против которых ей точно не выстоять. И даже если Захар ее не остановит, об остальных такого не скажешь.

Вдруг голоса умолкли, и наступила идеальная тишина.

Оля сглотнула, когда все четыре головы повернулись к ней. Незнакомый мужчина, словно по волшебству, достал откуда-то кинжал. Острое лезвие блеснуло в неярком пламени свечей. Он медленными, но уверенными шагами направился к Оле. Захар, будто предупреждая, сжал запястье девушки, а затем отпустил, давая свободу.