Книга Милый поселок моего детства, страница 55 – Анна Долго

— Все может быть, – пробурчал себе под нос Вова.

— Еще я нашла в шалаше Лесного человека этот журнал. Смотрите, в нем вырезаны буквы! Возможно, что тот, кто отправлял мне послание, вырезал буквы именно отсюда!

Владимир взял журнал из рук Сандры и положил к себе на стол, не уделив должного внимания.

— Я видела в доме тети Гали куклу с моим именем, похожую на меня. Видимо, она хотела мне ее подарить. Я могу забрать?

— Ах, да, кукла. Очень странно, правда? Зачем Галина приклеила этот стикер к упакованной кукле? Почерк действительное ее, мы проверили.

— Может она просто упаковала и подписала ту куклу, чтобы потом мне подарить? – предположила Александра.

— Может и так, но мы проверим. А куклу вы сможете получить только по окончанию следствия.

— Я могу идти? – этот допрос Сандре совсем не нравился, она чувствовала себя подозреваемой. Но, что самое ужасное – Владимир говорил логично, и его выводы основывались на странных и пугающих совпадениях.

— Да, только после того, как я сниму ваши отпечатки пальцев. И не уезжайте никуда сейчас, пожалуйста. Иначе придется делать запрос в Московское управление, – Владимир улыбнулся с прищуром, подражая опытным следакам с экрана телевизора.

После недолгой процедуры Сандра смогла покинуть кабинет участкового, вернее, даже двух участковых. Она медленно шла домой, с тяжелым камнем на душе и испачканными чернилами пальцами. Нужно было бы зайти к Яге и забрать оставленные там вещи, но не хотелось никого видеть и ни с кем говорить.

Дома Александра тихо опустилась в старое и по-прежнему грязное бабушкино кресло на веранде. Она медленно жевала последнюю морковную котлету, стараясь при этом не думать о Машке – все мысли о ней причиняли боль, как прикосновения к открытой ране. Руки сами потянулись к альбому и набору грифельных карандашей, когда из комнаты послышался неожиданный скрип половиц. Сандра обернулась, напрягла слух и услышала тихие шаги.

Легкие шаги приближались, Сандра осмотрелась по сторонам в поисках подходящего для самообороны оружия. В проеме двери показалась кучерявая головка Лильки.

— Привет, Шур. Нам нужно поговорить.

Она была трезвой, аккуратно одетой, легкий макияж освежал и украшал ее лицо, и Сандра напряженно, но с облегчением улыбнулась ей.

— Здравствуй, Лиля, мы можем зайти на кухню, если хочешь.

— Можно и здесь. Я постараюсь не занять много твоего времени.

— Как хочешь, давай останемся здесь.

— Я слышала про Машку, – Лиля хмыкнула. – Всегда замечала, как она завидует Кате. Но чтобы такое сделать – нужно быть чудовищем.

У Сандры сжалось сердце от правдивости слов своей гостьи, но образ Машки в ее голове все еще никак не мог слиться с образом монстра.

— Но не об этом я пришла поговорить. Знаешь, я же и правда дурой всегда была. Все мечтала, надеялась на счастливую жизнь, удачу, которая мне когда-нибудь улыбнется. Помнишь, мать моя все на дежурства ночные ездила? Так вот – не дежурства это были, с мужиками она за деньги в городе спала. Пока один из клиентов ее не выкинул с 9 этажа. Мне восемнадцать лет было, когда я узнала об этом. Но незадолго до того мать со мной впервые разоткровенничалась. Я ей сказала, что в Москву хочу уехать после школы, а она ответила, что там папка мой живет. Даже адрес его дала, как-то вычислила. Так вот, к нему я и поехала после одиннадцатого класса. Ехала в поезде и думала, что сейчас примет меня мой папа в свои объятия, москвичкой стану, в институт театральный поступлю. А он меня на порог не пустил. Сказал, чтобы я вон шла, что он ни матери моей не знает, ни меня. Может, и не отец это мой был – мать что-то напутать могла, а может, вычеркнул из жизни неприятный момент, вместе со всеми его последствиями. Только осталась я одна на улице в чужом большом городе. Села я на лавку и разрыдалась. Ко мне девушка тогда подошла, утешать стала. Я ей все и рассказала. Она помочь пообещала и с работой, и с жильем. Привела меня в комнату, якобы она ее с подругой снимала. А вечером в ту квартирку мужики приехали, амбалы такие, к стенке меня прижали и снасильничали все, по очереди. Паспорт забрали и сказали, что на них работать теперь буду. Ту сердобольную девушку я больше не видела. Видать, зазывалой она у них работала. Что со мной было за эти два года – я не расскажу. Тебе оно не надо, а мне вспоминать муторно. Только такого и врагу не пожелаешь. Могу сказать лишь то, что актрисой я таки стала, – Лилька истерично засмеялась. – Чудом мне удалось вырваться от них. Здоровье у меня подкосилось от жизни такой, да от подарочков их наркотических. Меня в больницу положили, и там врач был пожилой, хороший человек. Догадался он, кто я и кто они. Он меня спас. Помог бежать, документы восстановить, билет на обратную дорогу купил.