Книга Милый поселок моего детства, страница 7 – Анна Долго

— Привет, дорогая, ты как? – раздался громкий голос Веры из динамика телефона.

— Привет, Верунь, хорошо. Я выспалась.

— Вот и замечательно, я переживала за тебя. Какие у тебя планы на сегодня?

— Хочу закончить картину. Это лучший отдых для меня, ты же знаешь.

— Я как раз хотела поговорить с тобой о выставке. И не сопротивляйся. Твои картины необыкновенные. В них столько вдохновения, столько эмоций, яркости, света! Меня они восхищают, ты знаешь. И у тебя нет никакого права скрывать их от людей. А вдруг они помогут кому-то? Не будь эгоисткой!

— Вер, ну, ты же знаешь. Я занимаюсь серьезным бизнесом, и выступать в роли художницы будет неловко. А вдруг выставку увидит кто-то из партнеров? Подумают, что я – несерьезный человек.

— Ты что? Наоборот! Они поймут, насколько ты талантливая и разносторонняя личность!

— Я даже не знаю, с чего начать.

— Так я уже обо всем договорилась с директором выставочного центра. У них будет свободная неделя через два месяца, как раз для того, чтобы провести твою выставку. Цена приемлемая. А рекламу я дам в своем журнале – тем более, что скоро должность главного редактора будет моей.

Сандра рассмеялась.

— И когда ты все успеваешь? С чего ты взяла, что должность будет твоей? Ты веришь в то, что предсказание сбудется? У тебя очень серьезные конкуренты.

— Конечно, верю! Все предсказания Лулуды всегда сбываются. Сама убедишься.

Повисла тяжелая минута молчания. Вера только сейчас поняла, что сказала лишнее. А Сандра затаила дыхание, чтобы не позволить страху вырваться наружу из потаенного уголка в самом темном закоулке души.

— Она ведь ничего страшного тебе не предсказала, милая. Наоборот, скоро будет поездка, из которой ты вернешься с мужчиной, предназначенным тебе судьбой. Все будет хорошо. А то, что было, то уже прошло, не вспоминай! Ладно, не буду тебя отвлекать. Погода сегодня нас радовать явно не собирается. А картин для выставки тебе нужно побольше. Люблю тебя! Пока!

— Я тебя тоже, – произнесла тихо Александра.

Она подошла к стоящему у окна мольберту. Весенний пейзаж Москвы ей не давался. То не нравилось, как падает свет, то цвета получались не такими, как в ее воображении, то сам сюжет казался скучным. Но Александра привыкла доводить начатое до конца, поэтому продолжала страдать над картиной. Мучения продлились до обеда, а результат кропотливой работы по-прежнему не удовлетворял ее требовательную натуру. Александра посмотрела в окно, распростертое от потолка до самого пола. Внизу стелилась панорама города, показавшегося ей чужим, серым, мрачным, вульгарно разукрашенным яркими вывесками и мигающими экранами с рекламой. Поддавшись внезапному порыву, она сняла с мольберта натянутый на деревянную раму холст с вымученным пейзажем и поставила белоснежный, совершенно чистый. Словно одержимая невидимой силой, Сандра рисовала взятые из памяти черты когда-то знакомых лиц, разбавляла краски, чтобы добиться того оттенка зеленого, который обычно живет только в летней, сочной траве. Солнечные лучи разливались по поляне водопадом света, темные кроны деревьев тесно прижимались друг к дружке поодаль, обрамляя небольшое ровное пространство, усыпанное цветами и кустарниками.

Александра работала до позднего вечера, вырисовывая каждую мелкую деталь, и лишь когда серый город за окном сменился чернотой ночи, она с удовлетворением всмотрелась в творение своих талантливых рук.