Книга Замуж за Чудовище, страница 101 – Анюта Васильева

— Прекрати истерику, Илона. Всё уже случилась и обратно переиграть ничего нельзя!

Моё сердце обрывается, голова идёт кругом и ноги подкашиваются. Каким-то усилием я заставляю себя устоять на ногах и идти дальше. Я сама должна всё это услышать.

Аскаров стоит посреди своего кабинета ко мне спиной. Остановившись у порога, смотрю мужчине в спину. Я слышу голос Илоны, но разобрать, что именно она говорит, я не могу. Единственное, что понимаю, она не то, действительно истерит, не то плачет.

— О боги. Что я все эти годы мог в тебе находить? — этот вопрос Демид задаёт как будто бы сам себе. — Ты же пустышка!

Неожиданно Аскаров отстраняет телефон от уха, включает громкую связь!

— … твоя сучка малолетняя, что присосалось к тебе как пиявка, пустышка! Да с ней же даже поговорить не о чем.

— Во-первых, язык свой попридержи. Tы о моей жене говоришь! — от тона мужчины по коже пронёсся озноб. Демид, неспешно поворачивается и кладёт телефон на стол, только после этого поднимает на меня взгляд. — Во-вторых, с ней не только есть о чём поговорить, с ней и помолчать мне в кайф! — отвечает Илоне, но смотрит в мои глаза, и будто бы мне тоже говорит это.

— Не смеши меня, Аскаров. Ещё скажи, что влюбился! Ты же никого не видишь, кроме себя. У тебя один бизнес на уме! — женщина как-то резко замолкает, и чуть позже, я понимаю почему. Взяв себя в руки, Илона заговорила уже совсем другим голосом. — Демид, нам хорошо было вместе. Ну хочешь, мы с тобой поженимся. Ты ведь хотел этого. Я ребёнка твоего приму, и как родного воспитаю.

От слов женщины я вздрогнула, а по лицу самого Аскарова скользнула тень. Его глаза приобрели звериный блеск, он плотно сомкнул челюсть, и я видела, как от злости у Демида заходили желваки.

— Женится? Ты в своём уме, Илона? Сколько мне было, когда я этого хотел, восемнадцать?

— Почти двадцать! — Демид усмехается.

— Тебе своих собственных детей заводить опасно. У тебя даже пёс сдох от голода. Потому что ты укатила на Мальдивы, забыв про него. Никогда моего ребёнка не будет воспитывать чужая женщина, — у него есть мать!

— Демид, ради нашей прошлой дружбы, умоляю...

— Я сотню раз тебе говорил, — не играть в азартные игры! Ты в казино поплелась на трезвую голову, а значит, отдавала отчёт в своих действиях. И давай смотреть правде в глаза. Ты даже когда слишком пьяна, хорошо соображаешь.

— Я была не в себе.

— Единственное, чем могу помочь тебе, — попробовать переговорить с Донцовым, чтобы тот оставил тебе два брошенных тобою салона в провинции.

— Ты издеваешься? От них дохода, максимум триста тысяч в месяц.

— Это пассивный доход! Ты ими не занимаешься. Попробуй начать всё с нуля. Может, поумнеешь!

— Я не смогу одна! — скулит женщина.

— Не вижу смысла продолжать этот бессмысленный разговор. Я озвучил тебе то, что могу для тебя сделать. На этом всё!

Аскаров сбросил вызов и посмотрел на меня уже более внимательно.

— Где ваша воспитанность, девушка? — против воли я заливаюсь краской, но и улыбки своей сдержать не могу. Потому что глаза Демида мне улыбаются.

— Она что-то проиграла? — задаю вопрос, спешно перебирая ножками, подхожу ближе к своему мужу.

— Она всё проиграла. Всё, представляешь! И бизнес Балашова, и свои салоны на кон поставила.

— Зачем она так поступила? Просто ты сказал, что она, даже будучи в нетрезвом состоянии соображать.