Книга Подонок. Забери моё сердце, страница 72 – Дана Алексеева

— А встречалась со мной зачем? — выжимает он мрачным тоном. — Тоже из-за него, да?

— Нет, — заявляю честно. — Ты мне правда нравился. Ты был рядом после разрыва с Герой, поддерживал меня, за что я благодарна тебе.

— Да мне на хрен не сдалась твоя благородность, — хмуро отзывается Тит.

— Тем не менее это так. Ты оказывал знаки внимания, я приняла их, чтобы доказать самой себе, что свет не сошелся клином на Германе. Чтоб попросту не сдохнуть, я была очень подавлена. Но — я усмехаюсь и, мотнув головой, безнадежно всплескиваю руками. — Спустя время я совершаю одни и те же ошибки.

Опустив глаза, судорожно выдыхаю. Внутри становится так паршиво, а во рту скапливается горечь. Сглатываю её, а она не уходит. Сдвинув брови, поднимаю замученный взгляд на Мишу.

— Я совершенно запуталась — Накрываю ладонями лицо в желании исчезнуть из реальности, в которой я опять дура. Такая дура, что желание провалиться сквозь землю достигает максимальной отметки.

Всхлипнув, открываю лицо и дрожащим голосом спрашиваю:

— Вот скажи, как он мог слить видео? Это же так мерзко. В который раз он просто унижает меня

Опять закрываюсь и сокрушаюсь под всхлипы.

Слышу, как Миша передвигается к столу и берет телефон.

— Удалил, — серьезно заявляет он.

Шмыгнув носом, вытираю под глазами и сдавленно говорю:

— Спасибо.

Титов сканирует моё раздавленное существо с загруженным выражением лица. Втягиваю носом воздух и пытаюсь успокоиться. Выходка Заславского подорвала эмоциональное равновесие. Только я поддаю сомнению свои чувства к нему, как он рушит всё! Убеждает меня в очередной раз, какой же он подонок!

— Я не знаю, что я с ним сделаю — сжимаю кулаки от злости.

Вместе с тем чувствую абсолютное бессилие.

— Зато я знаю, — сурово произносит Тит.

Нахмурив брови, он клацает по экрану пальцем и прикладывает телефон к уху. С замиранием сердца наблюдаю за ним. Слышу долгие гудки. А после — голос Заславского. Внутренности сжимаются.

— Ты на сходку сегодня приедешь? — с гонором спрашивает Миша.

Поставив руку на бок, он оборачивается на меня. Я даже не моргаю, пытаясь выловить суть разговора.

— Угу. Ну вот там и порешаем. Жди.

Стиснув зубы, как будто за ними сдерживал кучу нелицеприятных слов, Миша завершает звонок.

— Сучоныш, мля, — отфыркивается и засовывает телефон в карман джинсов.

Я отмираю.

— Где вы встречаетесь?

— На Минском шоссе сходка гонщиков.

— Я с тобой поеду, — решительно заявляю. — Мне тоже есть что ему сказать.

В глаза его бесчестные посмотреть хочу, а после расцарапать их.

Миша отрицательно мотает головой.

— Я с ним не разговаривать буду, — усмехается.

— Я тоже, — признаюсь.

Моё отчаяние, смешанное с жаждой расправы, рождает на мужских губах понимающую улыбку.

— Окей. Поехали.

Лиза

— Посиди пока в машине, — просит Миша перед тем, как открыть водительскую дверь.

«Угу. Сейчас же», — прокручивается в голове ответ, а взгляд падает в сторону сборища людей.

Мы припарковались в конце длинной вереницы тачек на обочине. 40 км Минского шоссе гудит уличным движем. Очередная сходка стритрейсеров в самом разгаре. Где-то тут среди кучи куражащегося народа тусуется Заславский. Но с моего ракурса не разберёшь местоположение его проклятой задницы.

Приняв моё молчание за согласие, Миша выходит и отдаляется от авто. Кусая нервно губы, слежу за тем, как он здоровается со знакомыми парнями. Мои колени подпрыгивают в нетерпении сорваться с места. Когда Титов исчезает из поля видимости, я тут же толкаю дверь на выход. Выбираюсь из салона и хватаю глоток прохладного воздуха, который заряжен адреналином. Сердце бьется в волнении. Прицелом ищущих глаз блуждаю по лицам в поисках главной мишени.