Книга Порочная невинность, страница 63 – Пайпер Рейн

Я разражаюсь смехом:

— Ты ей ничего не расскажешь, потому что побоишься испортить репутацию своей лучшей подруги.

Мира сердито фыркает и бессильно топает ногой, как ребенок: знает, что я прав.

— Тогда объясни: зачем ты это делаешь? Зачем ты с ней связался? Мы столько лет дружили!

Она смотрит на меня в ожидании ответа, которого у меня нет. Во всяком случае, такого, как ей нужен.

Потом она меняется в лице.

— О черт! – Ее рука взлетает к губам. – Ты действительно ее любишь. Я знаю ее романтичную и оптимистичную натуру. Я предполагала, что только она испытывает к тебе чувства. Думала, тебе нужен просто секс, а ты… тоже ее любишь.

Я скрещиваю руки на груди, не понимая, чем себя выдал.

— Не делай из мухи слона. Мы просто решили поразвлечься до окончания школы.

— Чепуха! – трясет головой Мира. – Ты ее любишь. О господи, здорово!

Она хлопает в ладоши. Я закатываю глаза:

— Что ты себе нафантазировала?

— Вы должны что-то придумать, чтобы быть вместе.

Я поднимаю руку:

— Притормози. Я не собираюсь ничего делать. Мы с Софией повстречаемся до конца учебного года, а летом я женюсь на Авроре. Вот и все.

— Какого черта жениться на этой змеюке, если тебе небезразлична София?

— Сама знаешь.

Мира презрительно усмехается:

— Из чувства долга? Потому что хочешь быть хорошим папенькиным сыночком?

Она открывает рот и сует туда указательный палец, как будто хочет вызвать у себя рвоту.

— Потому что я дал клятву ставить на первое место интересы семьи, а если я отменю помолвку с Авророй и обижу ее отца, то поставлю на первое место свои личные интересы.

Мира наступает:

— Антонио, нельзя жениться на Авроре, если любишь Софию!

Теперь презрительно усмехаюсь я:

— Кто тут сказал хоть слово о любви? Мне хорошо с ней в постели, вот я и пользуюсь, пока могу.

Мне неприятно говорить так о Софии, но любовь? Откуда моя сестра набралась этой чуши?

Она тычет палец мне в лицо:

— Не смей, слышишь? С Софией так нельзя!

Я поднимаю глаза к потолку:

— Пойми, Мира, мы с Софией не строим совместных планов. Оставь свои глупые надежды. Мы договорились, когда это закончится.

Она возмущенно трясет головой:

— Вы оба скоро поймете, что это легче сказать, чем сделать.

— Все, допрос закончен. Иди к Марчелло и займись чем-нибудь полезным. И держи рот на замке, в том числе и с ним.

Мира открывает рот, но я не даю ей сказать ни слова.

— Ты пока еще принадлежишь к семье Ла Роса. Пока не подпишешь брачный контракт и не станешь носить фамилию Коста, ты должна делать так, как лучше для семьи, а чем меньше людей знают о моих отношениях с Софией, тем лучше.

Она сжимает челюсти, затем согласно кивает.

— Отлично. А теперь ступай. Я устал.

Она уходит, не проронив больше ни слова, а я возвращаюсь на диван, ложусь и смотрю в потолок.

У меня сжимается сердце, стоит только подумать о разрыве с Софией. Каково же будет сделать это в реальности?

Утром я просыпаюсь от стука в дверь. Клянусь богом, если сестра решила разбудить меня для новых душеспасительных бесед…

Я хватаю штаны и распахиваю дверь. При виде стоящей на пороге Авроры моя мысль резко обрывается. Почему она здесь? Если бы это было в порядке вещей, я бы не удивился, но Аврора, как ни странно, не вхожа в мою комнату.

— Привет, как жизнь?

Я зеваю, небрежно прикрыв рот рукой.