Книга Порочная невинность, страница 77 – Пайпер Рейн

— И что?

— Ничего. Одно из двух: или девица не в курсе, или это не они. Пока не понял.

Значит, мы не приблизились к разгадке и по-прежнему не знаем, связано ли пропавшее оружие с убийством Лео.

— Тебе повезло, что никто больше не пронюхал. Дмитрий и его дружки отрезали бы тебе член, узнав, что ты трахаешь одну из их девок.

Он пожимает плечами:

— Пусть попробуют.

— Прекрати.

Когда он открывает рот, чтобы возразить, я добавляю: «Немедленно». Он кивает, сцепив зубы. Я вновь бью его в лицо, и он падает навзничь на матрас.

— За что? – кричит он.

— За то, что трахался с чужими и не посвятил меня в свой план. Тебе повезло, что я не усомнился в твоей лояльности. Больше ничего от меня не скрывай.

— Ладно. Заслужил.

Томмазо встает с кровати, приносит из ванной полотенце, достает из морозилки лед и приставляет к месту удара.

— А зачем ты вообще приходил? – бубнит он сквозь полотенце.

— Хотел спросить, кого ты курируешь в день открытых дверей.

В эту пятницу и субботу мы принимаем будущих студентов. К каждому прикрепляют наставника, который показывает новичку общежития и вводит в курс дела. В субботу вечером двухдневное мероприятие заканчивается танцами.

— Мне по ходу достался Риккардо Риццо. Помнишь парня? Мы с ним валяли дурака в старших классах.

Я улыбаюсь, вспоминая, что мы творили.

— У меня Паоло Карузо. Думаю, мне больше повезло.

— Похоже на то.

Мы на мгновение замолкаем.

— Томмазо… – говорю наконец я.

Он смотрит мне в глаза, и я даю обещание, которое намерен выполнить.

— Мы выясним, что случилось с твоим отцом, и заставим их заплатить.

— Hai promesso?^[12]

Я кивком отвечаю:

— Prometto^[13].

Я не в силах облегчить боль Софии, но, по крайней мере, способен помочь своему другу.

Сказавшись больной, я пропускаю три дня школы. Мирабелла всячески заботится обо мне, приносит еду и целыми днями торчит в моей комнате, отвлекая от невеселых мыслей.

Хотя мне, конечно, приятно, что она проводит со мной больше времени, до меня наконец доходит, что наши желания не всегда сбываются в той форме, как мы хотим. Я весь учебный год скучала по лучшей подруге, хотела видеть ее чаще, но не из-за того, что мое сердце разбито и ей меня жалко.

В пятницу приходится выйти из добровольного заточения. Сегодня в кампус приезжают будущие студенты, и меня назначили ментором девушки из мафиозной семьи Ла Роса. Эти два дня я буду вводить ее в курс нашей жизни. С Анной Бернарди я не знакома, знаю только, что ее отец работает в подчинении у моего.

Мы собираемся в актовом зале. Я гордо отворачиваюсь от Антонио, и Мира сжимает мою руку. Насколько мне известно, она не говорила со своим братом с понедельника – правда, я не спрашивала. Мы, не сговариваясь, обходим эту тему.

В аудитории только итальянцы. Ирландцы уже разобрали своих подопечных, после нас придут русские, а потом – картели и политики.

Ждем начала. Подходят Марчелло с Джованни. Марчелло устраивается рядом с Мирой, а Джованни, как обычно после моего отказа, смущенно кивает и садится по другую сторону от Марчелло.

Когда я осознаю, что из-за глупой одержимости Антонио погубила зарождавшуюся между мной и Джованни симпатию, в груди закипает гнев.

— Тебе лучше, София? – спрашивает Марчелло.

Он знает больше, чем хочет показать: Мира не сидела бы у меня безвылазно, если бы я просто приболела.