Книга Высокие ставки, страница 78 – Пайпер Рейн

Кстати говоря об убийце настроения.

— Если тебе некомфортно, нам не обязательно. — На её губах появляется лёгкая улыбка, но я вижу, как её уверенность улетучивается из-за моего колебания.

Я могу сделать это.

— Ты уверена? — уточняю ещё раз.

Я не верю, что Кэт из тех девушек, которые намеренно пытаются забеременеть. Какой в этом смысл? У её семьи денег больше, чем у бога, и единственное, что я могу ей предложить, — это себя и Лили.

— Маркус. — Её руки согревают мои щеки, пока она ждёт, пока я сосредоточусь на ней. — Я обещаю тебе, я всегда пользовалась презервативами. Меня проверили прямо перед приездом сюда во время ежегодного осмотра.

Действительно ли она знает меня достаточно хорошо, чтобы понять, что одна часть меня сходит с ума, а другая часть поднимает в воздух мой пенопластовый палец болельщика в знак победы?

— Хорошо. — Я улыбнулся ей, и она отвечает своей широкой улыбкой.

Я хватаю её за ноги и тяну вперёд на своём столе так, чтобы её задница оказалась прямо на краю. Кончик моего члена приземляется именно там, где я хочу, дразня её клитор. Она откидывается назад, прижимая ладони к твёрдой древесине моего стола.

Её кожа блестит от жары, которую мы вызвали в маленькой комнате, и я представляю, как будут выглядеть её сиськи, когда я выплесну на них свою сперму, когда кончу.

Я вхожу в неё, дюйм за дюймом, пока она не захватила меня целиком. Она напряжена, и сжала меня словно в кулак, и мои глаза почти закатились.

— Маркус, — моё имя срывается с её губ, как мольба и молитва одновременно.

Как только я полностью оказываюсь внутри неё, я вожу бёдрами круговыми движениями, чтобы она привыкла к моему размеру. Блин, я забыл, каково это без презерватива. Так горячо, шелковисто и влажно. Не говоря уже о том, что это в сто раз лучше, чем с этим тонким листом пластика, закрывающим мой член, и примерно в тысячу раз лучше, чем мой кулак.

Мои руки сжимают её маленькие бёдра, ногти впиваются в её плоть. Её взгляд сосредоточен на нашей точке соприкосновения, и мы оба наблюдаем, как я медленно отстраняюсь, а затем врезаюсь в неё обратно. Мы оба стонем от удовольствия, когда я делаю это снова.

Она откидывается, опираясь на локти, а я перекидываю одну её ногу через плечо и начинаю вбиваться. Она кричит.

— Тебе нравится такое? — я практически рычу.

Она отчаянно кивает головой вверх и вниз, пока я продолжаю вбиваться в неё.

Бл*дь. Она тёплая, мокрая и скользкая, и если я не сконцентрируюсь на чём-то другом, я обязательно взорвусь через две целых две сотых секунды.

Она высвобождает из-под себя локти и теперь распласталась на столе. Одна рука скользит вниз по её телу, и она начинает массировать клитор. Поскольку мой взгляд блуждал по её телу, я концентрируюсь на её движениях, запоминая их, чтобы в следующий раз сделать также, как ей нравится.

Её зубы прикусывают губу, и хотя мне хотелось бы кричать с крыши на улицу, мы оба знаем, что сегодня вечером нам не доведётся такого удовольствия. Нам придётся отложить это для номера в отеле.

Желая освободить её нижнюю губу и проглотить её крики, я наклоняюсь вперёд и захватываю её губы своими.

Наши языки сталкиваются, а рты переплетаются, как будто мы сотни лет жили без человеческого контакта. Я не перестаю вбиваться, и её тело не переставало выгибаться навстречу, когда предметы падают с моего стола и приземляются на пол.