Книга Бывший, в школу! Родительское собрание, страница 89 – Олли Серж

— А разве сейчас не так? Сегодня в парикмахерской обсуждали, сколько стоит поставить забор и вылечить зубы. – Говорит Кошкина с серьёзным видом. – Так вот, женщины так задолбались, что совсем не против гостевых сотрудничеств. зашел, поел – утюг починил. Может быть, мы с тобой, Самсонов, что–то делаем немодно?

— Я тебе сейчас задницу наберу, модница. Все у нас «так»!

Подхватываю Катю и усаживаю на рабочий стол, впиваясь в губы.

Вот как понять женщин? Некоторые бегут замуж, только пятки сверкают. Всеми силами! А тех, кого хочется, не так просто туда загнать…

И от этого, конечно, мне страшно ревниво.

Пока мы были в Сочи, мужики на Катю так и пялились.

Проверив, что Савелий спит, быстро снимаю со своей невесты одежду и несу в кровать. Хорошо, что завтра пятница…

Будит нас с Катей утром не будильник, а звонок телефона.

Кошкина несколько секунд смотрит на экран, а потом подлетает, как ужаленная.

— Проспали! Андрей, вставай! Я на первый урок опоздала… – осекается.

— Кать… ты чего? – Смотрю на нее. – Ты не работаешь в школе, а Савелию сегодня в музей только к десяти.

Кошкина опускается на кровать.

— Точно… Вот это накрыло! Погоди, а почему мне тогда звонила завуч?

— Забей… – забираю у нее телефон. – Потом перезвонишь.

И мы снова падаем в объятия друг друга, встречаясь губами в горячих поцелуях.

Проваливаемся в сладкий, утренний сон и…

Кажется, я только закрыл глаза, когда в дверь начинают звонить и тарабанить.

Как и любого нормального человека меня от такого пробуждения протряхивает злостью с адреналином. Что случилось?

Целую проснувшуюся от шума Катю и иду в коридор.

Глазок.. Да ладно! Бывшая теща?! Какого черта!?

— Андрей, – стучит она. – Я знаю, что ты дома! Открой, ты слышишь? Эва пропала!

Проворачиваю замок.

Ей Богу, пусть это будет лучше тупой прием, чтобы поговорить, а не правда.

— В смысле? – Рявкаю, осматривая женщину.

Но на ней правда нет лица.

— Проходите. Быстро рассказывайте, что случилось! – Тороплю.

Теща, держась за сердце, садится на небольшую тумбу в прихожей.

— Лизонька Эву наказала. Выставила на лестничную площадку в трусиках и маечке.

— Чего? – У меня от шока даже слов других не рождается.

— О Господи… – где–то за моей спиной вздыхает Катя.

— Соседи позвонили в школу, – продолжает говорить Елена Ильинична. – От туда пришли, забрали нашу девочку и не отдают. Я приехать не успела…

— Андрей, может быть, мне поэтому звонили, – срывается Кошкина обратно в спальню.

Слышу, как набирает завуча.

— Алло, алло, да, здравствуйте! Вы мне звонили. Что? То есть, конечно, да. Мы сейчас приедем!

— Андрюша, сделай что–нибудь, – рыдает теща. – Ты же всегда делаешь…

Какое несвоевременное признание моей важности!

— Андрей…. – кутаясь в халатик, – выходит в коридор Катя. – Эва в кабинете директора. Хочет к тебе. Они звонили нам все утро…

— Мне нужно пять минут.

Ухожу в ванную. Не для того, чтобы помыться. А чтобы просто успокоиться. Слишком бодрящее утро.

Глава 49. Разная любовь

Катя Кошкина

От вида маленькой девочки в пледе на большом диване в директорской мне становится больно дышать.

Мама, папочка, спасибо, что я никогда не испытывала подобного!

Эва испуганная и заплаканная. И я даже не представляю, что ее напугало больше – поведение матери или реакции других взрослых.