Онлайн книга «Кровь Десяти»
|
Меня настигло эхо приближающихся шагов. — Миледи Понтешен! — Вон! – закричала я. – Оставь меня в покое! Я выскочила из галереи и вжалась спиной в тяжелую дверь, с грохотом хлопнувшую позади. Резко обрушившаяся тишина поглотила даже настойчивые шаги Макса и голоса в голове. «Всего этого нет, – мысленно повторила я, борясь с приступом парализующего страха. – Я не схожу с ума. Всего этого нет!» – Анна, dash’[42], ну-наконец-то! Jetan te kai?[43] Ты сегодня вместо Райли? Элиас Понтешен сидел за большим обеденным столом небольшой гостиной, залитой алым светом заходящей за горизонт звезды. Его взгляд опустился к чайнику в моих руках, и он улыбнулся, как будто только и ждал моего появления. – Да. Ты против? – Telande soon, dash’[44], как я могу возражать! Я рад, что ты к нам присоединилась. «Всего этого нет», – мысленно повторила я, не в силах сопротивляться собственным шагам. Ноги сами подвели меня к столу, и, разливая чай, я ощутила на языке железный привкус крови. Ариана сидела через пару мест от него. Я заполнила и ее чашку, и она тут же обхватила ее двумя руками и поднесла к носу. – Кориандр, – прищурилась Ариана, – и, кажется, листья вельвичий… – Как ты любишь. По ее лицу, как и по всему вокруг, прошла рябь, словно она сама и гостиная были голограммой, подверженной помехам. «Всего этого нет. Пожалуйста, хватит! – дрожа, взмолилась я в пустоту. – Всего этого нет!» – Мое сердце поет, когда я смотрю на тебя, – со слезами на глазах улыбнулся Элиас, посмотрев на меня. – Ты истинная Понтешен. Его силуэт содрогнулся точно так же, как до этого очертания Арианы. – И всегда ею буду, – ответила за меня Анна. Я ощущала на щеках ее слезы. Дрожь в пальцах, когда она сжимала их под столом, пока Ариана и Элиас вспоминали времена ее детства, холод, что проходил по спине и цепкими судорогами разбегался по телу. Я чувствовала вкус крови на языке, измученность улыбки насильно искривленных губ и боль, от которой, казалось, способно разорваться сердце. Как и много лет назад Ариана и Элиас пели ее любимую песню, и каждое слово оборачивалось в острие, пронзающее остатки ее души. Где сила вод журчащих стихнет, Где звуки струн прорвутся сквозь ветра, Там свет свои лучи раскинет, Заставив биться тьмы врата. Мне смерть довольно в спину дышит, Я чую злость ее и смех, Но скорбь мою та не услышит, Я не доставлю ей потех. – Dash’, моя драгоценная, – выдохнула Ариана, когда мои руки легли на ее плечи. Судьба, ворча, ей тихо вторит, Но что мне заговор злых ведьм, Пусть воют, пляшут, тараторят, Им не сломить меня теперь. Мои привычки выше воли, Я смел, отчаян и упрям. Своей свободой я доволен, Скажу, где дверь, любым царям. Голос Элиаса стал тише и медленнее, а губы дрогнули в слабой улыбке, когда он посмотрел на Ариану. Он продолжал петь, даже когда его веки начали закрываться, и меня окатила холодная волна ужаса. Я верю в счастье, верю в смех, Я верю в радость и успех, Где ветр поет в долине звонко, Где годы не смывают лиц, Где время шепчет лишь тихонько, А смерть зло воет у границ. Я попыталась закрыть глаза, чтобы не видеть, что будет дальше, но не смогла сделать даже этого. Продолжая петь, Анна смотрела, как он умирает, и мне приходилось смотреть вместе с ней. Его плечи расслабились, веки закрылись, и голова безжизненно повисла на груди. Ариана выронила свою чашку, и ее голос стих вслед за ним. |