Онлайн книга «Кровь Десяти»
|
— Это не пример возмездия или кары, – продолжал Вениамин, – это обещание защиты тем, чьи сердца преданы, а намерения искрени и чисты. Kalden не оставляет тех, кто вручает ему свою жизнь. Nari del fag’eri das[60]. — Nari kan dali mark[61], – послышалось отовсюду в ответ, но эти возгласы показались ей куда менее воодушевленными. Толпа зашевелилась. За спиной Питера, который будто пытался загородить ее сразу от всего, – и от сцены с Нозерфилдом, и от стражи по периметру зала, и от других гостей, что жали их со всех сторон, – Корнелия поначалу даже не разглядела операционок, перед которыми рассыпалась толпа. Они проплывали между рядов со всех концов помещения, и она заметила их благодаря белоснежному цвету мантий. Они то возникали, то растворялись в кровавой толпе, как редкие крупицы снега. В руках каждая операционка несла поднос с десятком точно таких же изогнутых серебристых бокалов, которые только что на их глазах опустошили Вениамин и его приближенные. В этот раз они раздавали их сами, останавливаясь перед каждым из гостей. Гости покорно принимали их без малейшего возражения, и Корнелия пожалела, что за многочисленными масками не видела ни одного лица. — Пит, они же не собираются убить всех, – она вдруг поняла, как слабо и жалко прозвучали ее слова, застревающие в горле. – Как они определяют личности гостей? Откуда они знают, кто есть кто? Это что, гребаная рулетка? — Нет, – еле слышно отозвался Питер, чуть склонившись над ней, но не поворачивая голову. – Это мы не знаем, кто есть кто. Думаю, весь этот маскарад нужен, чтобы скрыть личности гостей от самих гостей или ради больной забавы старика. – Питер слегка качнул головой в сторону ближайшей операционки, что пробиралась по их ряду. – Они сканируют браслеты, Корнелия. И сами подают бокалы. Никакая это не рулетка, Нозерфилд знает наверняка, кто присутствует здесь и кого он убьет сегодня. Корнелия пригляделась и поняла, что он прав. Гости протягивали руку, и этих пары секунд хватало, чтобы операционки могли установить их личности и подать бокал. Питер отпустил ее пальцы и через пару секунд ее ладони коснулся холодный металл. Он вложил в нее свой браслет. — Надевай. Это принадлежит ублюдку, что я раздел перед тем, как отправиться сюда. Корнелия попыталась впихнуть браслет обратно. — По-твоему, я похожа на него? Думаешь, они не увидят, что я женщина? — Надевай, – повелительный тон Питера не терпел ни намека на возражения. – Он хотя бы есть в списке гостей, в отличие от Лоры Данри. Это поможет тебе выиграть время. — Выиграть время? Десять, да о чем он вообще?! Операционка приближалась. Корнелии показалось, что воздух сгустился, отяжелел и давит сверху, как монолитная плита. Впервые с тех пор, как они вернулись в зал, она позволила себе оглянуться и посмотреть на Питера – и обнаружила, что он уже смотрит на нее. Через золотую маску она видела лишь его синие глаза, которые сейчас казались почти черными и в которых было смешано столько чувств, что это разбивало ее саму. Страх, ярость, обреченность, решимость, нежность… Корнелия не верила, что все они принадлежат Питеру, которого она знала. И вдруг ее осенило: им не выбраться. Вот почему он смотрел на нее так. Это осознание пронзило Корнелию так резко, что она почувствовала, как от слабости сводит ноги. Ни Даниил, ни Далми, ни они с Питером не смогут уйти отсюда, и тот, кто привел ее сюда, тоже знал это. Все это было частью его игры, как и письма, появляющиеся из пустоты и преследовавшие ее, где бы она ни была. Они либо умрут сегодня здесь, либо станут пленниками Вениамина, и из этих двух вариантов первый виделся еще очень даже милостивым. |